Хроники Бальтазара. Том 3

Но тогда он перестанет защищать от других, настроившись лишь на големов, – качал головой Ильдар.

– Я надеюсь, ты там покопаешься хорошенько, изучай давай, – вздохнул Бальтазар.

– Нам с вами от вчерашнего колдовства теперь несколько месяцев лежать обессиленными. Столько дел натворили, что точно будет и спину ломить, и вены вздуваться, и мышцы ныть по всему телу, будто слоны прошлись или бронтозавры какие, – предупреждал чародей. – Вам-то хоть в замке и есть кому поухаживать.

– Ну, и тебе есть. Привезёт твоя кухарка тебе целебных похлёбок с перцем и чесноком, быстрее меня на ноги поднимет.

Так что на голове ходить будешь, – хмыкнул на это некромант.

– Ха, на голове стоять и на руках ходить меня мама в детстве учила, – усмехался бородач, пускаясь в воспоминания, словно видя их в отражении мерцающего Хрэтигалдура. – Мечтал я быть артистом, путешествовать, жонглировать, трюки акробатически выполнять. А по итогу творю трюки магические. По её стопам пошёл, гадалкой-чародейкой была… Откаты скосили, много добра людям делала, болезни на себя тянула, детей от смерти спасала… Себя не сберегла, но не долгими годами красен человек, милорд.

Я вот тоже века коротать не собираюсь, могу помочь – делаю. Так жить и следует, я считаю. И не важно, ответят тебе злом, взаимностью, безразличием… Мы творим добро не ради того, чтобы нам потом тем же ответили. Не впрок и не взаймы, а потому что так должно. Как маман поучала, таким и вырос.

– Может, поэтому ходят слухи, что у тебя откаты щадящие… А отец? – нехотя, но с толикой некого интереса поинтересовался у него Кроненгард.

– Плотником был, умельцем. На все руки мастер! Дома в Яротрукске строил, например, тот, где Мингус с женой и приёмной детворой живёт. Я к своему стыду толком ничему у батьки так и не научился, лоботрясом тем ещё был лет до четырнадцати… Так, по мелочи что-то могу: гвозди вбить, доски скрепить, полку повесить, дверцу шкафа на место вернуть могу попытаться. А вот всё это строительство, балки, крепежи, плоты – не моя вотчина, – отвечал ему Ильдар.

 – Думаете, я всегда был таким спокойным? О, в детстве был тем ещё сорванцом! – усмехался таскарец.

– Таким и остался, – буркнул ему чернокнижник. – Говоришь тебе Люцию защитить, ты непонятно чем занят.

– За всеми не присмотришь, милорд, всех не спасёшь, увы. Но это не значит, что не нужно стараться, – отвечал чародей. – Виноват, признаю. Очень виноват. Говорю ж, не ждал никто, что она выбежит вас спасать от ведьмы.