Хроники Бальтазара. Том 2

А под конец площади, окаймлённые цветущими кустами, в специально отведённой зоне по правую руку, стояли музыканты – придворные скрипачи, несколько горнистов, мужчина с литаврами и ещё двое военных барабанщиков, трубачи и менестрели с лютнями. По центру же стояла большая толпа от мала до велика. Женщины, дети, старики, воины Мортимера, ополченцы Киры, жители окрестных городов, даже несколько горничных, видимо, отобранных Коркоснеком за хороший голос.

Кира и Ильдар уже были здесь, причём Ильдар среди хора, что удивительно.

Среди прочих некромант признал маленького стрельца – непоседу-хулигана Вейланда, одного из спасённых на Солнцеворот в Яротруске. Всё-таки отдали его сюда, на стрельбище при замке лорда, военному делу учиться.

Госпожа Морвен, одержавшая победу в своём бунтарском походе, приветствовала всю компанию, подойдя к Миранде и Бальтазару, в то время как Коркоснек направился к своему собранному оркестру, давая последние распоряжения.

– Милорд, – расплываясь в улыбке, плавно и низко поклонился чародей в своей шапке-боярке.

– Теперь да, – гордо улыбнувшись в ответ, кивнул ему Бальтазар.

– Ну, наконец-то! – ухмылялся довольный Ильдар.

– Хороший текст, прочла несколько раз, – показала Кира свой экземпляр некроманту.

– Других и не пишем! – заслышал её стоявший спиной бард.

– Ух, сейчас послушаем! – искрилась любопытством в нетерпении чародейка из Волколецка, приобняв подругу в зелёной накидке.

Морриган и Люция встали поодаль, в тени, чтобы лучше видеть и певцов, и музыкантов. Коркоснек попросил тишины и начал постукивать широким каблуком по брусчатке, задавая начальный ритм. Вскоре грянула резкая музыка: мрачная, тягучая, при этом помпезная и героическая, в которой виделось и вязкое ночное небо, и завывание колючей вьюги – всё посреди ясного дня вокруг, унося слушателей полётом мелодичных фантазий к новым образам и ощущениям.

А потом подтянулся и людской хор, медленно запевая подготовленный гимн, скользя взглядом по тексту.

– В светлый день, в злую ночь, – затянул хор собравшихся голосов. – Всё наш край сможет превозмочь! Нас хранит наш бог, нас хранит народ! – подхватывали они набирающий темп ритм музыкантов. – Мы стоим в веках – дружный оплот!

Славься, Кроненгард!

На века!

Славься, Кроненгард!

Навсегда!

Край наш свободы, символ любви.