Хроники Бальтазара. Том 2

Кот с удовольствием ловил ноздрями аромат трав, валялся на спине, перебирая лапами, Мурчал и тёрся усами о некроманта, иногда оставляя отпавшие волоски. Мелькнула мысль, что Тигрохвостка из них могла бы сплести себе куколку да подвесить где-то. Всяко кошачья шерсть мягче волчьей на ощупь. Было б ещё одно уникальное изделие.

А потом мужчина вернулся в поселение с южной стороны, подобрав связку отрезанных голов на капище, и двинулся в сторону городской ратуши, теперь уже совсем ни на что не отвлекаясь.

Кира, Дарина и староста ждали там, раскидывая партию в костяшки, перебрав множество тем для бесед. Бесцеремонно положив окровавленные останки на центр стола, Бальтазар повелительным тоном велел послать стражников за лесничим, мол, тому тоже будет интересно послушать.

Помимо них и охраны внутри было немало других чиновников и прислуги. Двое писарей и их молоденькая ученица лет двенадцати, взвизгнувшая от вида связки. Мастер над казной, мастер над документами, знающий, что где лежит и где какие учёты по разным годам, пара советников в небедных, но и не сказать, что прямо-таки в нарядных и дорогих одеждах.

Высокий мажордом, ответственный за снабжение и порядок в стенах ратуши, с тонкими чёрными усиками, облачённый в сиреневое мужское платье и греющий руки в шерстяной муфте, будто замёрз, вальяжно наблюдал за своими подчинёнными, приводящими залы и стеллажи в порядок. Он также давал распоряжения в кухонную пристройку, чтобы подали ужин, а оттуда отзывались молодые кухарки, выглядывая сквозь приоткрытую дверь в зал с праздным любопытством.

И лишь когда привели Мергера, Бальтазар начал свой ритуал. Достал две идентичные чёрные свечи, зажигая огнивом без чьей-либо помощи, хотя мог бы просто воспользоваться и любым горящим здесь подсвечником. Мечом прямо по доскам был очерчен защитный круг. Остриё скользило, выводя до боли аккуратные символы, которые и гвоздём накарябать было б не просто, а Бальтазар умудрялся наносить их через длину полуторного лезвия.

Чёрно-сиреневые нити оплетали отрубленные головы, пронизывая те, заставляя шевелиться, пока одна из них не повернулась, встав на столе прямо срезом так, будто кто-то снизу сквозь дыру её просунул. Волосы тянулись к общему сплетению, и, тем не менее, оказаться в прямом положении у той получилось. Это была голова отца Дарины. И именно его призрак некромант сейчас призывал.