Хроники Бальтазара. Том 2

– Чёрт возьми, – процедил лесник довольно тихо, – я ж и не думал, что всерьёз некромант может нагрянуть… – явно начал он подозревать что-то недоброе, да метаться уже было поздно.

– Аз… Ах… А-а-а… – прохрипела голова, и взгляд её с выражения ужаса будто бы оживал, «приходя в себя», оглядывая собравшихся. – Дарина! Девочка моя! – явно узнал, вновь обретший себя и разум, мертвец свою дочь.

Язык его, будто жил отдельной жизнью, плавно, как сонная змея, касался губ, ощупывая пространство. Говорить ему было тяжело, глаза периодически, подобно некоторым ящерицам, глядели независимо друг от друга в разные стороны.

Но всё-таки более-менее силами некроманта мёртвая плоть обретала ощущение целостности, хотя в процессе общения лик покойника то и дело выглядел жутковато.

– Папа! – упала та на колени, рванувшись вперёд, но не влезая в начертанный круг.

Крупные слёзы накатили на женские глаза с пышными ресницами, окаймляя скулы и щёки. Выражение лица богатой мимикой чередовало то улыбку эдакой радости встречи, то тоску и печаль, понимая, что отца всё равно не вернуть.

И при этом скользили всё равно нотки ужаса от того, что перед ней разговаривала отсечённая голова рядом с другими такими же, шевелящимися и беззвучно открывающими рты, будто задыхавшаяся рыба на берегу.

– Если призрак неупокоен, голову можно заставить заговорить через потусторонние вибрации. Голос будет не его, ведь ни гортани, ни горла, ни тела у него теперь нет. Просто хрипота загробного гулкого шёпота, – сразу предупредил некромант, а потом обратился к голове.

 – Кто ты? Назови себя, чтобы все убедились, что дух вызван верно, а ты не какая-нибудь марионетка. Мы собрались ради правды, и ложь здесь будет наказана болью.

– Вильхельм Дашкич, потомственный торговец в третьем поколении, живу… жил в Сельваторске, что в Кронхольде, что в Червегоре на Вольных Землях, – неторопливо хрипела голова.

– Папа, папочка, – бормотала рыдавшая женщина.

– Дарина… моё сокровище, моя малышка… – косились в её сторону большие остекленевшие, но подвижные, глаза.

– Кто убил тебя? – вопрошал Бальтазар.

– Палач лорда Мортимера, – полуживой взор возвращался к некроманту.

– За что вас казнили? – зазвучал новый вопрос от чернокнижника.

– Мы не захотели предавать своих и вступать в его войско… – отвечал Вильхельм. – Как можно купцам предлагать взять оружие? Как можно даже подумать, что мы станем воевать против жителей нашего Сельваторска!

– Какой ужас, – произнесла Кира на эти слова.