Хроники Бальтазара. Том 2

– Туманный шёпот, гниль листвы ласкают в непогоду. Жду наступленья темноты в любое время года, – сосредоточенно напевал некромант. – И воцарится жуткий мрак! Все вздрогнут от испуга! – выпрямлялся он медленно и неторопливо, полыхая чёрно-фиолетовой аурой, – Мой голод ждёт, ведь день – мой враг. И тьма – моя подруга!

Способные кричать и вопить зомби издали пронзительный злобный клич. Над ними кружили вороны Морриган, громко каркая, выжидая момента полакомиться свежей плотью павших. Мертвецы и костяные големы начали своё продвижение вместе с заволакиваемым небом.

А колдовство скрывало солнце прочь от зелени травы, грозя обагрить ту кровью в самые ближайшие мгновения.

Царица-тьма ликовала, как ясный день оборачивается симуляцией ночи, как глубинный космос пылает всеми оттенками гулкого мрака, пугая рыцарей и пехоту. Издали осмелевшие лучники натянули свою тетиву, но едва стрелы взмыли ввысь, как колоссальных размеров языки фиолетового огня взмывали от некроманта и его воинства, испепеляя древко каждой ещё на полёте, так что лишь оплавленные наконечники падали наземь, втаптываясь костлявыми лапами в сырую землю.

Зубы Бальтазара заскрежетали, едва не раздробив друг друга в приступе нахлынувшей боли от столь сильного колдовства, застилавшего чернотой всё поле грядущей битвы. Сводило мышцы лица, вызывая оскал, пульсировало с колкими волнами всё под нижним нёбом, и горло было стиснуто так, что становилось трудно дышать.

Некромант знал несколько чёрных мантр, способных притупить боль на время, чтобы откат настигал не сразу, а сильно позже, но пока приберёг их для более нужного случая.

Судороги в мышцах и болезненное покалывание помогали сосредоточиться на важном и не отвлекаться по мелочам.

Позади заслышался бой ситара. Коркоснек приободрял армию мрака, наигрывая жёсткий и мрачный марш, годный в эпитафию на похороны какого-нибудь высокопоставленного военного или даже тирана-завоевателя. И воинство мёртвых шагало вперёд, не ведая страха, не зная голода, вооружённое всем тем, что удавалось набрать в попадавшихся по пути деревеньках.

Передние ряды воинства Мортимера просто не выдержали вида ковыляющей мёртвой плоти. Этого тошнотворного запаха, этих немыслимых костяных химер из разных зверей, сращенных чёрной магией в нелепые и жуткие создания, а также вида покосившихся или оторванных нижних челюстей у гниющих зомби, в которых копошились опарыши, жуки, а сверху реяли жужжащие мухи.