Канун Рагнарёка

Тот был из дворянского рода, третьим из сыновей, так что богатства и титулов особо ему не сулилось, вот и подался в церковники. Да вот за годы службы сделался градоначальником из обычного проповедника. Многое знал, переписывался с архиепископом и другими учителями, всегда был в курсе всех важных событий. Потому-то сейчас к нему Сетт и решил обратиться.

Пока добрёл до Кутчей, уже и смеркалось. Но стражники его сразу признали, а уж лекарь с первого дома, как в окно глянул за ужином при свечах, так всё побросал на столе и поприветствовать вышел, встретить дорогого гостя.

Зайти к нему Сетт отказался, сообщил, что по важному делу. Но вот заглянуть попозже, после разговоров со старостой, да всем вместе выпить по старой дружбе – это демонолог был завсегда.

Вообще-то после своих последних и не самых лучших приключений Догман в Империи Гростерн числился в розыске. Такие вылазки даже по малым сёлам и городам для него были опасны, но иного пути просто не было. Коркоснек и Ильдар в этих местах не бывали, никого не знают.

А скажи они кому, что пришли по поручению своего хорошего друга Сетта, так и им головы не сносить, если чего.

Оставалось надеяться, что сюда не доползли ни слухи, ни портреты. Страже и Церкви было чем заняться вместо такой ловли, но вот в столицу и самые крупные центры Империи отправиться демонолог бы не рискнул. Потому и выбрал навестить своего друга отсюда, где всё тихо-спокойно. А с целителем слово за слово разговорились, спешно шагали по темнеющим улочкам, глядя, как в домах зажигается свет.

С полей шли труженики, из мастерских домой шагали работники, так что вокруг было людно, что не очень-то нравилось Сетту.

– Ну, он щуку, крюк выдернув, так и поднял за нижнюю челюсть, вытянул во всю длину: вот, мол, какая! А она зубами-то, стерва, и клацнула! Без двух пальцев теперь лежит рыболов наш! – рассказывал коренастый усач в тёмно-серой епанче поверх хвойного цвета кафтана.

– Это ещё что. Один мой знакомый волка из капкана вытащить пытался. Мёртвого уже, застрелил вблизи из арбалета.

Да так неудачно капкан разжал, что тот снова лязгнул. Ни пальцев, ни кистей, на всю жизнь уж калека. Не охотник, не сторож, обуза в семье. Монахам теперь книги диктует, чтобы на текст не отвлекались и не сверялись, на слух воспринимают. Да иногда грамотно письмо сформулирует от кого-нибудь из сельчан, кто письму не обучен, а весточку родным или друзьям куда отправить намерен, – делился историями и Сетт.

– Козу тут украли недавно, – сообщал лекарь.