Песнь кинжала и флейты

Но в голове тут же возник образ косматого ревущего чудовища, в котором без труда узнавались детали внешности своего строгого остроухого отца. А также мысль о том, что, например, Вир никогда не бил и не наказывал её даже за очень серьёзные проступки. Хотелось уподобляться скорее ему, а не родителю. И тем не менее, Ди едва держала себя в руках.

– Горожане? – взглянули снизу вверх большие карие глаза с пышными ресничками.

Вид её был просто сама невинность. Ровные выразительные брови, немного угловатые контуры губ, округлое личико с нежными чертами щёк и подбородка.

При этом в мимике читалось полное непонимание и явное огорчение, как будто у ребёнка отбирают конфету или прерывают какую-то уличную забаву, веля бежать домой и делать уроки.

– Именно! Люди, минотавры, эльфы, – говорила ей Ди серьёзным тоном, хоть насчёт последних была уже весьма неуверенна.

– Ну, и ладно, – пожала плечами девочка, выскользнув рукой из хватки, на подскоках, порхая в своём широком платьице, как алая бабочка, продолжая искрить руками, создавая теперь не огненные шары, а искрящиеся сгустки розовых и ярко-рыжих молний, с треском разлетавшихся повсюду.

 – Ямпи-дампи-БАМ! – хохотала она с довольной улыбкой.

– В смысле «ладно»?! Ты глухая или что? – глядя ей вслед, закричала Диана, после чего метнула ещё раз взор вдаль на массивного дракона, и из двух зол выбрав всё-таки попробовать остановить девочку, а не бежать тут же домой собирать из погреба всякие пожитки.

Хотя бежать из города бы стоило, эти мысли проносились в голове почти постоянно.

Вот только, как же Вир? Если он вдруг вернётся? И где теперь чёртов туман, что угрожал эльфам и полуэльфам? Куда ей бежать и что теперь делать? На что жить? А если не убегать, то сколь безопасно вообще в своём доме, рискующим сделаться её вечной могилой, если тот вдруг обвалится.

– Нет, я Лилу! Глухая у меня была тётушка Семальзепаф, – чуть обернулась девчонка, сжигая пустую конюшню возле паба «Довольный лепрекон».

– Это уже ни в какие ворота! – рассвирепела Ди, подбежав туда, и из кадок с питьевой водой для лошадей принялась тушить языки пламени.

А когда всё, наконец, получилось, то из оставшейся она попыталась окатить девочку водой, дабы умерить её пыл и как-то угомонить. Но эта Лилу окружила себя яйцеобразной пламенной сферой, и всё содержимое кадки с шипением испарилось, не долетев до её кожи, волос и наряда ни единой капелькой.

– Нельзя так делать! – активно жестикулировала крест-накрест руками девушка.