Песнь кинжала и флейты

А ботинки бегущих, словно аккомпанемент, ритмично и быстро «барабанили» мимо.

– Всё, – прыгнула она в один тёмный закуток и чуть согнулась, прижимая руку к груди, пытаясь отдышаться. – Не могу больше, я устала… Совсем выдохлась…

– А ведь были все шансы, сестрёнка, – подбрасывал свой прямой кортик вверх и ловил по пути ловкими пальцами преследующий её паренёк.

На губах у него была хитрая улыбка, а вот в глазах читалось явное разочарование, что всё кончилось именно так. Применять своё оружие в отношении беглянки он, тем не менее, не стремился.

Настигнув её, у него вообще не было каких-то угрожающих её безопасности целей.

– А ещё… говорят, у эльфов лёгкие больше человеческих, – пыхтела та от усталости.

– Ну, мы всё-таки с тобой полу-эльфы, наши лёгкие могут быть и людского объёма, – справедливо заметил парнишка, убирая кинжал в кожаные ножны. – Идём домой, разберём всё по дороге. И не ври, что ноги так устали, что тебя придётся тащить. Тебе уже не семь, не восемь и не двенадцать, Ди.

Имей совесть, – слегка хмурился парень.

– У-у, зануда, – только и протянула она, отпрянув от стены и шагнув снова в свет кровавой луны да ночных фонарей Стеллантора.

– Смотри, опять чёлка на глаза сбилась. Сделаю тебе другую причёску в следующий раз, нехорошо, когда волосы мешают, – провёл он пальцами по её влажному лбу, раздвигая перламутровые пряди. – Почему не двинула коленом между ног до того, как отдать кошель? Хотя, не скрою, с гвоздями внутри, вытряхнув где-то по пути монеты в карман и найдя время на такой подлог, был удивительно удачный ход.

Тебе нужно было просто больше времени, чтобы скрыться. Могла бы треснуть по колокольчикам хотя бы тогда, а то по рёбрам и бедру, что это? Не надо меня жалеть, когда у нас тренировки.

– Ты же, в конце концов, мой брат! Мне же жалко! – выстроила та бровки домиком, когда они зашагали рядышком вниз по улочке.

– И что дальше? Ты же не будешь жалеть другого мужика, готового тебя убить прямо у речки, – закатывал свои изумрудные глаза молодой человек.

– Его не буду, а тебя слишком сильно лупить я не могу, – чуть розовела девушка. – И так старалась попадать по болевым точкам, как ты учил…

– Ох, Диана-Диана, – двигал нижней челюстью из стороны в сторону вздыхавший старший братец воровки, – всё-то ты можешь, когда хочешь. Нельзя давать слабину. Даже если тебя не прирежут и не изнасилуют, то отправят в тюрьму и отсекут руку за кражу.