Песнь кинжала и флейты

Ступить некуда, безобразие! Буду жаловаться самому камерарию! – возмущался он, задирая палец кверху.

– Ты же не собираешься то же самое делать с другими решётками, – глянул вперёд, сквозь своеобразный перекрытый коридор таскарец, представляя, что за каждой из них очередная ловушка.

– Ладно уж, – махнул рукой норд. – Нет, ну я могу вообще-то, – показывал он свои полыхающие ладони. – Просто лень силы тратить. А если на круг телепортации потом не хватит? Он, знаешь, сколько энергии требует? И если б только нас, а ещё этот прицеп из детского сада с собой тащить, – покосился он на Ди и Лилу.

– А ты точно сегодня не пил? – любопытствовал у него Фарис. – Бабуля всегда говорила: пьяным за работу не берись! Сначала проспись!

– Сам ты пьяный, я всегда такой, – ворчал гном. – Никогда не врал, в рот и капли не брал!

– Сразу бы пошли, как я говорил, и не теряли бы драгоценное время, – поучал их занудным тоном Хрисс.

– А чем драгоценное-то? – не понимала Диана. – Дракон ещё далеко от центра, даже дворец не разрушает.

– Ага, «накинут», ха! Ох, всё тебе объясни да расскажи, – приобнял её вылезший из дыры оплавленной решётки Фарис, но девушка одёрнула плечо от его прикосновений.

– Много будешь знать, скоро состаришься! – заявлял проследовавший мимо гном. – Станешь, как Сеймур, хе-хе! Раньше был он рыжий, а теперь седой!

– Меня так в детстве за белые волосы дразнили, – насупившись, сквозь зубы тихо процедила Ди.

– Почему не попросить девочку подорвать все решётки? – поинтересовался выходивший последним полуорк, вынужденный пропускать мимо себя всех остальных.

– Да потому что она похоронит нас здесь, обрушив своды, – отвечал Бром. – Идем, давай, не отставай! Кирпичная мастерская!

– Бум-бам-бом! – восклицала Лилу. – Взорвём решётки! – бросалась она искрами вперёд, однако на её фокусы уже никто не смотрел, а оставаться одной ей не хотелось.

Едва сияние детских ручек угасло, как за ней из коридора вернулась Ди и, схватив за запястье, поволокла за остальными. Теперь они были замыкающими, хоть лысый молодой священник и оглядывался на них то и дело, дабы не отставали и не затерялись. Шагать всё-таки приходилось действительно сложным путём то вверх, то вниз, то по винтовым лестницам, то по обычным прямым каменным ступеням.