Жертвуя малым. Том 1

Душераздирающе зевая, я отперла замок и ввалилась в свое жилище. Глаза слипались, но я все-таки первым делом отправилась в душ. Смыв с тела и волос приторный запах молельного зала, я почувствовала себя бодрее, сонливость почти прошла. Вместо нее навалился зверский голод, какой всегда бывает под утро, если целую ночь не поспишь. Вернувшись из душевой, я нарядилась в пижаму, и, бродя по комнате, принялась раздумывать, чем бы таким вкусненьким себя порадовать. В это время в дверь постучали.

– Входите! – пригласила я, недоумевая, кого может принести в такую рань.

Дверная панель сдвинулась и в комнату шагнуло «храмовое животное». Сразу определить пол вошедшего я затруднилась, поскольку фигуру его, как обычно, скрывал просторный балахон, лицо пряталось в тени низко надвинутого капюшона, глаза – под темными очками. Судя по повадкам, к услужению «животное» приступило недавно: спину держало вызывающе прямо, не кланялось, и прощения за вторжение смиренно не просило. Только помалкивало, неподвижно стоя в крошечной прихожей.

«Стесняется, наверное», – подумала я и снисходительно спросила:

– В новичках тут?

«Животное» кивнуло. Я выдержала паузу, но – наперекор всем правилам – представляться визитер нужным не счел.

– По какому делу? – уже резче поинтересовалась я.

Дерзкое дитя вампирьего племени вынуло из широкого рукава свиток и без поклона протянуло мне. На узкой белой руке его – вопреки обыкновению – перчатки не было. Всерьез уже осердившись на невежественное «животное», я взяла свиток и тут-то разглядела на нем именную печать.

– О боги, от донны? – воскликнула я, вперившись в вампира. Тот кивнул. – Срочно? – Снова кивок.

«Немой, что ли?» – мимоходом подумала я.

Швырнув свиток на стол, я впопыхах принялась одеваться, не обращая больше на «животное» внимания.

– Да ты прочти сначала, что там написано, – подал голос вампир от двери.

– Ах да, точно!.. – волоча по полу снятые с одной ноги пижамные штаны, я подскочила к столу. Не без трепета взломала печать и развернула свиток.

– Что ты… А!

Сняв очки и сдвинув капюшон на макушку, с кислой миной глядел на меня воскресший смесок. Соль, так, кажется, его зовут? Ишь ты, до сих пор жив-здоров! Я смерила его взглядом с головы до ног, затем – с ног до головы и, наконец, поглядела на себя. Я стояла перед ним в нижнем белье и в одной штанине, спустившейся до щиколотки, с растрепанными после душа волосами.