Жертвуя малым. Том 2

Берилл ничего не ответила, но и фыркать, как обычно, не стала.

До озера оставалось рукой подать, когда девушки поняли, что не одни. Они учуяли аромат мужского парфюма, с горьковатыми изысканными, утонченными нотками. Позже Риша узнала, что так может пахнуть дорогой коньяк превосходнейшей выдержки. Приятный запах совершенно не вязался с обстановкой, и эта несуразность, поразив Ришу, развеяла охватившую ее тошнотную муть. Берилл же, напротив, напряглась.

Не доходя до источника запаха нескольких шагов, девушки остановились и неловко поклонились.

– Приветствую, дамы, – прозвучал в ответ на их поклон густой вальяжный голос, и в воображении Риши он полностью совпал с ароматом парфюма. «Этот человек – обманщик, но знает себе цену», – решила она.

– Вы, должно быть, минна Берилл? – галантно продолжал меж тем хозяйский посланник. Старшая товарка Риши пошевелилась, вероятно, в новом поклоне. – А вы, душенька, миннья Морион, не так ли? – Риша почтительно наклонила голову. – Меня вы можете называть Торис.

Большая честь быть одним из немногих, кому дозволено присутствовать при сакральном ритуале омовения. Мою скромную персону препоручаю вашему профессионализму, дамы.

– Сеньор, – шепнула Берилл, и обе девушки вновь низко поклонились.

– Вашим указаниям повиноваться готов, – заметил на это Торис.

Несмотря на откровенную неискренность, он показался Рише добрым человеком. «Может быть, он проявит к нам снисходительность?» – с надеждой подумала она. Берилл, не говоря ни слова, прошла мимо него к тому месту, где их должна была ожидать лодка.

– Мы поплывем по озеру, – смущенная грубостью «старшей сестрицы», объяснила Риша Торису. – Как вы можете видеть, здесь натянут канат, – добравшись по памяти до вкопанного в песок столба, она дотронулась до туго натянутой веревки. – Он прочен и надежен, – добавила она, и хозяйский посланец ласково отвечал ей:

– Благодарю тебя, миннья, за заботу.

Берилл недовольно фыркнула, требуя Ришиного внимания, и девушка поспешила ей на подмогу.

И все же на миг ей сделалось тепло на душе и приятно, ведь минньей, «малышкой», ее давно никто не называл. Она словно бы попала в детство, под защиту бабушки и Шабо.

Берилл взобралась в лодку и встала на носу, как обычно. Риша чуть замешкалась, придерживая покачивающееся на мелководье суденышко.

– Прошу вас, сеньор Торис.

– Спасибо, душенька, – он потрепал ее по голове, и грациозно перелез через борт мимо нее, обдав дорогим запахом парфюма.