Лилии и Маяки

Морское дно на этом кусочке пляжа не самое приветливое для беспечного купания, но особая атмосфера с очаровательной природной картинкой и богатством нюансов синевы моря и неба может оставить равнодушным только слепцов и вусмерть обкуренных наркоманов.

За этими вдохновляющими пейзажами, совершенно особенными философами-коровами, камнями-свидетелями сотворения истории и особой изоляцией с шлейфом безобидных безумств хиппи 70-ых годов примчались Кэт и Хэм.

Припарковали мотоцикл на песке. Разоблачились от пыльных бандан, закрывающих большую часть лица, сняли и протерли замутненные солнцезащитные очки.

Огляделись.

Кэт не узнавала это место! Такое любимое и ни на что другое не похожее. Недалеко рыпел экскаватор, разрывая прочно возвышающийся берег, скрепленный корнями могучих пальм и травянистых кустарников. Огромные камни, высвобождаемые из завалов, темноволосые сухопарые индийские мужчины грузили в плоские широкие тазы на головы коренастых женщин. Ровным ручейком они с грузом на головах двигались, как конвейерная лента в сари, по направлению к грузовой машине с кузовом.

Механизм не смолкал, все двигалось, газовало, перебирало кряжистыми ногами, потело и издавало атакующие звуки. Возводили большой фешенебельный отель.

Кэт не выдержала и грустно вымолвила: «Мы являемся свидетелями медленного умирания Вагатора. Дальше и все остальные светлые места и пляжи заполнятся уродствами современной цивилизации. Стройка и инфекция глобализма уничтожит свет и радость моего Гоа…»

Слезы выступили на ее глаза.

Хэм обнял своими горячими ручищами Кэтти, находясь сам в глубоком, хоть и в предвиденном, ошеломлении.

– Да, нашего Вагатора больше не будет. Зато счастливые индийцы теперь смогут топтать ненавистный им белый песок и купаться в джинсах по высшему разряду и с первоклассным сервисом.

Оба, совершенно огорченные печальной картиной строительства, не сговариваясь и не размыкая рук, прогулялись к Малому Вагатору, к Лицу Шивы.

Сделали обязательные и, наверное, последние снимки на телефоны. Полюбовались с уже засевшей острой ностальгией на тот мутный кусок бухты, где вся мировая синева расслаивалась и раскрывала всевозможные немыслимые нюансы от серого в синее через голубое и бирюзовое, эпизодически в фиолетовое, дождливое, ветреное, бушующее и необыкновенное!

Этот Вагатор останется для них порталом в первооткрытие влюбленности и прикосновение к окостенелым сердчишкам.