Малахольный экстрасенс

А неплохо здесь живут! Бутерброды с красной икрой и сыровяленой колбасой. Страшный дефицит в СССР, если кто не в курсе. И кухонный гарнитур явно не советский. Я взял красочную жестяную банку, стоявшую на шкафчике, снял крышку. Чай! Крупный лист, черный. Ох, и оторвусь!

Чайник на плите успел остыть, я включил газ и подогрел его, сняв с огня перед закипанием. Ополоснул горячей водой заварник, бросил в него пару ложек чая, залил и закрыл крышкой – пусть настаивается. Сам тем временем приступил к бутербродам. Вкусно, блин! Или это я проголодался? Расправившись с третьим бутербродом, напустил в чашку кирпично-красного настоя, добавил воды из чайника.

Сахар сыпать не стал – испортит вкус. Отхлебнул – божественно! Люблю хороший чай – черный и зеленый. ТАМ я покупал его в специализированной лавочке торгового комплекса. Стоил дорого, но денег я не жалел – не так много радостей у пенсионера.

Я доедал последний бутерброд, когда в кухню вошла Янина.

– Спит! – сказала в ответ на мой вопросительный взгляд.

 – Устал – слишком много впечатлений. Ходить рвался – еле удержала. Так он пальчиками нос доставал. Уже почти без ошибок… – голос ее дрогнул. – Михаил Иванович, не могу поверить! Кому только Ваню не показывали! Все в один голос: безнадежно. А вы просто сели рядом, положили руку на голову…

Она всхлипнула.

– Было нелегко, – уточнил я. – Тяжелый случай.

А то! Если «просто», незачем платить. Нет уж! У меня последняя пятерка в кошельке…

– Понимаю, – закивала Янина. – Вот! – Она извлекла из кармана и выложила на стол стопку банкнот серо-фиолетового цвета.

Двадцатипятирублевки… – Здесь пятьсот. Дала бы больше, но сейчас нет – потратились на мебель. Не обессудьте.

Сомневаюсь, что нет – деньгами в квартире просто пахло. Ладно, не будем привередничать. Я сгреб купюры и сунул их в карман брюк.

– Могу я попросить? – спросил Янину.

– Что? – насторожилась она.

– Чаю, – я указал на жестянку. – Просто замечательный. Никогда подобного не пил.

Янина подошла к шкафчикам и, открыв дверцу верхнего, достала жестяную банку.

– Вот! – поставила передо мной. – Муж из-за границы привозит.

Понятно, откуда тут деньги…

– Благодарю! – кивнул я, сходил в прихожую и принес портфель. Достал из него тетрадь с ручкой. – Фамилия мальчика? Ваш телефон?

Она послушно продиктовала. Я записал, черкнув после пометку: «0,5 К». В этом времени не поймут, сам же буду знать. Социализм – это прежде всего учет, как учили нас на лекциях.