Химера

Огляделся вокруг более внимательно.

У дальней стены лежал здоровенный мужик с вырванным горлом. Белая рубашка залита подсыхающей кровью, а на штанах расплылось темное пятно. Вот значит от кого попахивает. В коридоре, ведущем к выходу, лежало еще одно тело, но там слишком темно, чтобы что-то разобрать.

Я подошел к трупу на бильярдном столе. У него, кстати, не хватало правой руки. Я пригляделся к ране, выглядывающей из-под разодранного пиджака. Ну, вроде бы подходит. Хоть одну загадку этой ночи мы сегодня решили.

Подойдя ближе, аккуратно сунул руку под одежду. Ощупал карманы и вытащил платок, ключи, зажигалку и смятую пачку сигарет. Выбросив мусор, вернулся к столу.

Аккуратно ссыпал порошок в ткань платка. Эта штука явно забористая, раз смогла вырубить меня на всю ночь. Да так, что я ничего не помню. Грех разбрасываться столь полезными подарками. Не часто Слепая Сука одаривает жалкую восьмерку такими щедротами.

Аккуратно сложив и убрав платок в карман, я подхватил бутылку и двинулся в сторону двери, видневшейся в углу.

Чуть не споткнулся о еще одно тело, что валялось прямо за диваном. Да сколько же вас тут?

Этот выглядел вполне целым. Рожа вся в крови, сквозь которую проглядывают свежие следы гематом. Да и харя у него как-то слишком сильно опухла, словно в гнездо с пчелами засунули. Но никаких ран не видно. Я на секунду даже подумал, что неплохо было бы проверить пульс у тела. Но потом вспомнил, что мне насрать, и пошел к двери.

За нею, как я и предполагал, находилась небольшая ванная комната.

Тут тоже все было заляпано кровью, но как-то по мелочи. Раковина чистая, словно кто-то вчера ночью зашел сюда умыться. После естественных потребностей я решил последовать примеру возможного предыдущего посетителя и открыл кран.

Холодная вода прогнала остатки сонливости и смыла налипший на лицо слой пота и уличной пыли. Жаль не нашлось зубного порошка или еще чего. Запах кошачьей мочи во рту не мог перебить даже хороший виски. Кстати об этом. Бутылку я прихватил с собой, так что сделал еще один глоток.

Но вместо того, чтобы позволить жидкости добраться до пищевода, я принялся полоскать ею рот. Задумавшись на мгновение, все-таки сплюнул в раковину и вырубил воду. Сделал еще один глоток, на этот раз полноценный. Развернулся и снял махровое белое полотенце, застиранное почти до дыр.

Из-под него на меня уставилась искривленная рожа с выпученными глазами. Рот раскрыт в немом крике, и воняет оттуда явно не фиалками.