Инсомния

В этот раз более внимательно. Я тоже посмотрел на себя. Руки-ноги на месте, но стали более крепкими и жилистыми. Налились силой и стали куда более гибкими.

И лицо. Это было мое лицо, но более молодое. Исчезли морщины и мешки под глазами. Кожа разгладилась. Я чувствовал себя помолодевшим. Разве что борода все портила, но даже из нее пропала седина.

Мне было за сорок, но выглядел я вдвое моложе. Так, стоп! Я внимательно посмотрел на эльфийку. Оглядел ее с ног до головы более пристально, но женщина даже не смутилась от моего взгляда.

А я же прислушался к ощущениям в теле. Нет, она была красивой и при прочих равных я бы не устоял. Но в данный момент все под контролем. Обезумевшие гормоны помолодевшего тела не били в мозг. Значит, все нормально, я прекрасно контролирую ситуацию.

Расслабившись, открыл глаза и посмотрел на свою собеседницу. Медленно уселся в кресло, окончательно успокоившись.

– Прошу, продолжайте.

– Я предполагаю, Лаэр, что совсем недавно вы выглядели и пахли иначе. Возможно, на вас даже была одежда.

Но вы попали в наш мир в своем теле, что противоречит всем известным законам мироздания. Но мир вас не принял. По крайней мере не сразу.

– Так. Я не то, чтобы все понял. И даже не то, чтобы понял хоть что-то, но продолжайте.

– Понимаешь, Лаэр. Наш Лес несколько особенный. Многие хотят причинить Древу вред, а мы оберегаем его. Древо – наш дом. И чужаки обычно умирают на подходах. Тебе выдали три стандартных предупреждения, хоть ты их и проигнорировал. Но когда дозорные собирались пустить стрелу тебе в сердце, Древо защитило тебя.

Забрало себе. Окутало своими корнями.

– Вы про то сгнившее дерево, под которым я проснулся?

– Я про Древо. Древо везде, оно вокруг нас. Оно едино. Лес и есть Древо.

Так. Три варианта. Первое – надо мной открыто стебутся. Второе – местные эльфы туповаты и не особо разбираются в лесах и почему-то считают их подобными грибницам с единой корневой системой. Либо третье. В этом мире леса реально растут по принципу грибов.

Ну или конкретно этот лес.

– Древо отдало тебе часть себя. Часть своей вековечной силы, которая способна исцелять даже самые старые раны. Я не знаю, каким ты пришел к нам, но звук был таким, будто Древо медленно и мучительно ломает тебе все кости. Мы даже усомнились на некоторое время. Сначала мы решили, что друг Леса, но складывалось впечатление, будто Древо лично хотело, чтобы ты страдал.

– Так вот почему он называл меня трещоткой, – произнес я.