Инсомния 3

А это мне просто интересно. Ты же реинкарнация Лаэра Неуязвимого.

– Что?

– Что?

– Что ты сказал? Про Неуязвимого.

– Ой, – икнул он. – Выпьем? За знакомство.

– Я тебе сейчас шею намылю.

– Зачем? Я мылся сегодня. Думал к одной даме заскочить на ужин, а потом вот…

– Талер, – повысил я голос. – Давай не будем усугублять ситуацию. У тебя два варианта: либо ползать за мной по крышам, либо сидеть тут в тепле и уюте. Что ты имел в виду про реинкарнацию?

– Ну, – замялся парень. – Кажется я что-то лишнее ляпнул, да? Просто госпожа так спокойно об этом говорила.

Слушай, давай забудем? Мне реально прилетит знатных звиздюлин за такое.

– Не поверишь, но после того, что ты сделал с моим источником, мне тебя вообще не жалко. Мог бы – сам придушил на месте. И тебя, и всю вашу шайку.

– Да, ты точно он, – кивнул Талер. – Только какой-то хмурый.

– Так, – шестеренки со скрипом начали проворачиваться в голове.

Это был намек на тот сон, что я видел. Лаэр со Скаем бились с Шепчущими в переулке, а затем тот же Лаэр напал на Кастера в его доме.

Или наоборот, сначала дом, потом переулок? То, что воспоминание Ильды было о том же существе, чьи сны я вижу – без сомнения.

Матовая шерсть цвета слоновой кости, двойные изогнутые клинки, больше похожие на клыки. Да, я никогда не видел лица человека, чьи сны вижу. Но тут даже идиот сообразит, что этот ловец накинул Ская, приняв часть его облика и превратившись в антропоморфного льва. То есть я впервые увидел его со стороны, пусть и с измененной сновидением внешностью.

Черты лица показались знакомыми, но это все-таки звериная внешность, а не человеческая. И все равно, что-то в нем казалось очень близким, как будто мы уже встречались.

Но больше всего меня напрягла фраза Талера, про то, что я какая-то хмурая версия Лаэра. Это означает, что…

– Ты знаком с Неуязвимым?

– Был, – с гордостью произнес он. – Но я тогда совсем мелким был, лет сорок. Только вступил в гильдию. Кастер нашел меня, когда я случайно получил метку Шики.

И спас от Стражи Снов. Пренеприятнейшие ребята, должен заметить.

– Почему был? – спросил я, переваривая информацию, пока Талер продолжал болтать.

– Так он же умер, – удивился тот. – Это все знают.

– Я из Лира, – это становится рефлексом.

Как только кто-то говорит что-то, что знают вообще все, то надо ответить, что я из Лира. Лир в этом мире вообще какая-то терра инкогнита. Черная дыра, которая только на карте и существует, а что там внутри, никто не знает.