Рыцари плащаницы

– На них нет крови! – изумленно сказал Козма, вставая.

– Если сонного резать ножом, обязательно вскрикнет, – хмуро пояснил рыцарь. – Ткнуть шилом в ухо – даже не проснется! Сеиф и его дьяволы раньше служили у ассасинов – научились…

– Не по мне это – сонных колоть! – сердито сказал Иоаким, поднимаясь от тела убитого сотника, которое он по примеру Козмы внимательно осмотрел. – Я привык в бою…

Роджер смерил его тяжелым взглядом.

– Там, наверху, мы с двоими не могли справиться! Здесь четыре десятка! Ты видел хоть раз, как мамлюки режут голову живому человеку, чужестранец? Вот эти, что лежат вокруг! Дети Сатаны! Им нужно не просто убить человека, а смотреть, как он мучается.

Сначала страдальцу ножом перерезают глотку, человек начинает захлебываться собственной кровью, ему больно, но он не кричит – не может. Потом жертве начинают пилить позвонок… Мамлюки громко смеются и хлопают в ладоши, видя, как мученик сучит ногами и руками – им радостно. В чем ты можешь упрекнуть моих воинов? Сарацины умерли во сне, без страданий…

– Я б сама их резала! – бешено выкрикнула Стелла.

Подбежав к мертвому сарацину, она яростно пнула его сапожком. – Падаль!

– Кровь Вильфреда… – усмехнулся Роджер, но не закончил. В отдалении послышался цокот копыт.

Подскочив к костру, Роджер схватил копье. Иоаким последовал его примеру. Козма, бросив саблю, подобрал арбалет. Стелла наложила стрелу на тетиву лука. Цокот доносился все ближе, и скоро из-за скалы показались морды коней.

Роджер всмотрелся и опустил копье.

– Готово, господин! – ощерился Сеиф, спрыгивая коня. – Мы перестреляли стражу. Они не успели понять…

Роджер молча обнял его.

– Все кони – ваши! – крикнул он подъехавшим воинам. – Все, что здесь лежит – ваше! Вся добыча…

Туркополы оживленно загомонили, спрыгивая с коней. Роджер повернулся и пошел к башне.

– У тебя кровь, рыцарь! – сказал Козма, поравнявшись. – Дай гляну!

Роджер отмахнулся. Перед стенкой, где лежали тела убитых сарацин, он вдруг остановился и резким движением воткнул меч меж камней – рукоятью кверху.

Опустился на колени, осеняя себя крестом. Зашептал молитву.

Стелла встала на колени позади Роджера; следом, после некоторого колебания, присоединились Козма и Иоаким.

– Патер ностер! – возгласил рыцарь.

– Патер ностер! – нестройно повторила ватага.

– Ты явил чудо, поразив всех наших врагов и сохранив нас, – продолжил Роджер.