Ульмигания

Сейчас, например… В глазах у меня красно. Наверное, это все же не свет, а тепло. Тепло и холод я и раньше мог чувствовать, правда, не так, как теперь. Ты мне не ответил…

Дилинг помялся. Он не хотел говорить Торопу об опасениях по поводу амсмари. Тот наверняка не поверил бы в них.

– Не нравится мне здесь, – сказал Дилинг. – Надо уходить.

– Лошади уже остыли, – напомнил Тороп. – Хорошо бы их напоить.

Дилингу не хотелось этого делать, но, сознавая, что Тороп прав, кони хотели пить, он нехотя повел их к заливу.

Ветра не было, и вода лежала спокойной гладью. Лошади, зайдя по колено, осторожно касались ее поверхности губами. Вскидывая иногда головы, сыто фыркали и опять принимались пить.

Дилинг присел на песок и грыз сосновую хвоинку, все еще опасливо прислушиваясь. На душе у него было неспокойно, и состояние это не проходило. Наоборот, становилось все тягостней.

Сначала Дилинг услышал, как скрипит песок под легкими шагами. Потом, обернувшись на звук, увидел, что вдоль берега на него идет девушка.

Но поразило Дилинга не само ее появление и не то, что она была голой, а необычная, ослепительная красота белого с матовой голубизной тела, ярких зеленых глаз, длинных рыжих волос, сверкавших в лучах утреннего солнца, как позолота. В руке у нее был лоскут прозрачной зеленоватой ткани. Она помахала им Дилингу и улыбнулась. Красота и открытость молодого тела были настолько поразительны, что Дилинг не просто позабыл обо всем на свете, он потерял способность думать, самостоятельно двигаться. Дилингу показалось, что душа его покинула привычное место и медленно направилась навстречу девушке, уже готовой открыть объятия, чтобы принять его к себе. На деле он сам пошел навстречу, широко расставив руки. Девушка, смеясь, уклонилась и пошла к воде.

В этот момент их и увидела Милдена. Она не знала, что заставило ее испугаться, вскочить и побежать к заливу. Может любовь, которую она таила в себе многие годы, обретя, наконец, так долго ожидаемого избранника, возмутилась возможной его потерей.

Может, привычное для пруссов чутье на темные силы дало о себе знать. Так или иначе, Милдена выбежала на берег залива.

– Тороп, – закричала она. – Тороп! Она уводит его!

Амсмари оскалилась, зарычала и стала кидать в лицо Милдене пригоршни песка.

– Тороп, миленький, – кричала, уворачиваясь, Милдена. – Спаси, Тороп, она уводит Дилинга!

Тороп, натыкаясь на сосны, запутываясь в кустах, падая, побежал на крики. Амсмари обернулась зеленой тканью и бросилась в воду.