Имменсерит. История великого Королевства

Народ у помоста довольно загудел, предвкушая скорую развязку. Наверное, такие суды тут не редкость и мало кто мог хоть что-нибудь сказать в свою защиту.

Авенир медленно повернулся и посмотрел на людей, так жаждавших его крови. Под его искренним взглядом многие утихали и опускали руки, словно ощущали некое давление. Вскоре наступила тишина. Авенир обратил внимание, что на одной из веток сосны на краю поляны сидит огромный филин с янтарными глазами и наблюдает за происходящим.

Когда птица поняла, что её заметили, она тут же улетела куда-то в чащу.

– Да, мне есть, что вам сказать. Есть чем ответить. Во-первых, я благодарен, что вы позволили сестре Оксилии спасти мне жизнь. Правда вы позволили ей это сделать не из-за любви к жизни, а из-за желания сделать из моей смерти зрелище.

– Как ты смеешь так разговаривать, щенок, – зарычал из-за спины брата Вилитур и уже потянулся к своему топору, но под взглядом Хагрекира остановился и замолчал.

– Во-вторых. За тусклым светом пламени костра не различаете вы света звёзд. Вы обвиняете меня в ношении оружия и нарушении границ, но никто не знает ваших границ, и оружие я носил для защиты, а не для нападения. Я защищал отряд мирных жителей. Лица многих из них я вижу среди людей, стоящих у помоста. Вижу, что с ними всё хорошо и я благодарен вам всем за это.

– В-третьих, при мне нашли два медальона, которые мне не принадлежат, которые я нёс их владельцу, в Арборлан.

– То есть ты признаешься, что ты столичная крыса? – закричал Молотоголовый, словно уличивший Авенира во лжи.

– Я признаю, что эти медальоны были у меня, – Авенир изменился в лице, его глаза грозно сверкнули, – но они не мои и мне никогда не принадлежали. У меня есть миссия, я должен их вернуть человеку, чьи сыновья их носили когда-то.

– Стало быть, ты хочешь сказать, что не желаешь нам зла, а просто делал доброе дело для незнакомых тебе людей? Что отправился рисковать собственной жизнью, бросил свою как ты говоришь «миссию»? Ты думаешь, мы тебе поверим?

– Я думаю, что вы пытаетесь сейчас найти повод, чтобы убить меня.

Вам нужен повод, чтобы жители города могли спокойно спать по ночам и не чувствовать груз ответственности за чужую смерть. Вы ищите себе оправдание за то, что плодите злобу и ненависть. Вот, что я думаю.