Многоножка

– Приятно познакомиться, – та слегка наклонила голову. Голос у неё был певучий и жеманный одновременно.

– Это, – пропыхтела бабушка, возвращаясь с кухни, – Людмила Юрьевна Лебедева, моя давняя подруга. Помнишь, я говорила, как мы с ней в «Буратино» ходили?

Тамара подняла брови.

– Ого!..

– Ничего себе, что, Фрось, ты вспомнила! – немного удивилась бабушкина гостья. – Давно же это было… Сколько лет?

– Да шестьдесят, не меньше.

– Да ну! Полтинник.

– Ну где-то между, – флегматично согласилась бабушка.

 – Тамарка вон сейчас там занимается, поднимает деятельность…

– Это как это? – заинтересовалась вдруг Людмила Юрьевна, вонзив глаза за очками в Тамару.

Пришлось вкратце рассказать ей, что того «Буратино» уже не существует, – переименовался в «Стаккато» и успел пережить многое, прежде чем чуть не развалился.

– Людка, Ильрата-то Фахитовича помнишь?

– Это который пением-то у нас занимался? А как же не помню, я недавно его внучку нашла.

Умер он пару лет назад.

– Да ты что? Ну старенький уже был…

– А то! Ему же за восемьдесят уже стукнуло…

– А его внучка к нам не хочет? – спросила Тамара осторожно. Помнила про слова Светы про то, что людей у них теперь достаточно, но спросила, не надеясь на результат.

Людмила Юрьевна пожала плечами.

– Не спрашивала… Слушай, а как там сейчас? Ну, в «Буратине»…

– «Стаккато» он теперь называется, – поправила её бабушка.

– Ааа, ну… Бардак там был, – Тамара слегка рассмеялась.

 – Света рассказывала, что они с её отцом поставили хороший спектакль – «Мастера и Маргариту», вроде бы, – и якобы даже какой-то московской комиссии очень понравилось, и они спонсировали его какое-то время. А загнулся театр из-за того, что Светин папа заболел, и после него руководить было некому.

– А ты-то чего туда пошла?

– На сцене играть хочу. А в школьном театре не пускают, говорят – инвалид.

– Молодец у тебя внучка-то, – уважительно произнесла Людмила Юрьевна, обращаясь к бабушке, при этом оттопыривая уголки губ вниз, – молодец, ничего не скажешь.

С характером.

Тамаре стало неожиданно приятно услышать подобное. Хвалили её редко, и ещё реже – за какой-то там «характер», которого она в себе и близко не видела.

В этот момент у бабушки зазвонил в коридоре телефон и та отправилась отвечать.

– Да? Да, Риммочка, да, – звонила Тамарина мама.