Многоножка

 – Ноги с самого детства были ни к чёрту, а года два назад повредила, пришлось операцию делать. С тех пор бряцаю этой хреновиной.

Обычно она не позволяла себе выражаться, но тут вынуждала обстановка: хотелось чем-нибудь впечатлить Ромку.

– А тебе, я смотрю, весело.

– С чего ты взял?

– Я видал инвалидов – пару раз был в травмопункте, да в больницах разных. И лица у них совсем не весёлые. Ты не филонишь часом?

Тамаре редко когда хотелось послать кого-нибудь прямым текстом, но в то мгновение захотелось.

– Ты что, совсем дурак? Кому в здравом уме может понадобиться притворяться инвалидом?

– А кому в здравом уме понадобится проситься вместе с незнакомым человеком портить граффити? – вопросом на вопрос ответил Ромка.

Тамара наморщила лоб, прищурила глаза и выпятила нижнюю губу: её только что уделали.

– Ладно, один-один.

Вскоре на сером квадрате граффити оформилась ядовито-зелёная лужа, обведённая красным контуром. На ней Ромка красиво – явно со знанием дела – вывел убористым шрифтом:

«Если нечего сказать – лучше бы молчал».

– Ну как тебе? – спросил он, оглядывая своё творение.

– Круто! – сказала Тамара, совершенно равнодушная что к «скрытому смыслу», что к его модификации. – Может, подпишешь?

– Можно, – кивнул Ромка, взяв в руки толстый чёрный маркер, чпокнувший при снятии колпачка совсем как человек. – У тебя кликуха есть какая-нибудь?

– Кликуха? Ну…

В голове Тамары пролетело огромное множество разных ников из разных соцсетей (вроде «cryangel696», «lonely_witch», «satoshi_himiko» и «catwhoman», каждый из которых был внесён в список персонального стыда Суржиковой Т.

П.); решив, что ни один из них не подходит, она пожала плечами:

– Мой друг зовёт меня Многоножкой.

– Понял, ща запишем…

– Эй, стой, ты и меня тоже вписать собрался?! – испугалась Тамара.

Чуть пониже зелёной «лужи» – чтобы не портить краску – Ромка мелко написал всё тем же своим фирменным шрифтом «ТWARЬ», а ниже – «mnogoНОЖka».

Тамара тихонько прыснула, закрыв рот ладонью.

Как ему удавалось впихивать в одни слова другие – и таким образом, чтобы это выглядело и глупо, и пафосно одновременно?

– Вы что делаете?! – раздался сзади них женский голос. Тамара с Ромкой вздрогнули. Говорить решил хулиган:

– Мы гуляем, тётя.

– Я вижу, как вы гуляете, с баллончиками! Зачем испортили рисунок?!

Тамара съёжилась, потому что женщина, которая на них кричала, не была похожа на тех, кто просто кричит.