Три доллара и шесть нулей

«RIFLE» – сверкнула надпись на накарманном ярлыке, когда он, едва успев встать из-за столика, молниеносно пробил ногой в грудь надоедливому Тушкану. Тушкан захлебнулся вдохом и полетел спиной назад, вдребезги разбивая стоящую на попутных столиках посуду.

– Вот здорово!! – радостно, словно девчонка, которой подарили метровую Барби, взвизгнула спутница того, который в подсобке добивал лесовика ножкой стола.

Полетаев ошалел от неожиданности, а обладатель голубых джинсов мощным толчком толкнул его в грудь в направлении запертых дверей выхода.

Увидев падение Тушкана, в направлении Николая Ивановича мгновенно метнулась группа из трех или четырех громил. Их гортанные крики, раздававшиеся громом внутри притихшего ресторана, были направлены в сторону обидчика их друга.

– Вот уроды! – завопила женщина-вамп, и, к своему удивлению, Полетаев понял, что эта характеристика была дана не ему, не мужчине в голубых джинсах, а именно тем, кто так стремительно приближался к месту схватки.

То есть собственным охранникам, как теперь догадывался Николай Иванович. – Неужели вы не можете подраться как мужики – один на один?! Вот уроды!..

– Ребята! – попытался остановить их ход неожиданно возникший защитник. – Они вам ничего не сделали и не сказали! Неужели не видно, что этот разбор не для них?

Однако становилось ясно, что останавливать подобным образом людей, чей хозяин палкой забивал человека, пригласившего его жену на танец, невозможно. Николай Иванович понял, что расправы не миновать, и подумал о том, что совершил глупость в тот момент, когда встал из-за стола.

Любое движение в зале этот безумный легион воспринимал как вызов.

Видимо, это понял и незнакомец в джинсах.

Резко развернувшись ко входу, он двумя мощными ударами ног вышиб толстое витринное стекло, вправленное в дубовые двери, и пошел навстречу противнику. Последнее, что от него в ресторане услышал Николай Иванович, было: «Убирайтесь отсюда, пока не поздно!» А последнее, что увидел – валящиеся тарелки с поднятого им над головой стола.

..

Время, выделенное для «пьянства и разврата», судя по всему, истекло, и Николай Иванович с водителем, забыв, что вместе с незнакомцем их трое, а без них незнакомец остался один, быстро вышли через образовавшийся проем. До «Мерседеса» оставалось метров пятьдесят, и это расстояние Полетаев преодолел, несмотря на хмель, в лучших традициях английского спринта – мощно и быстро.