Как Григорий Бельский стал Малютой Скуратовым

Малюта поцеловав дочек, обнял сына и жену. Попрощавшись, он взгромоздился на свою тощую лошадёнку, и сопровождаемый управлявшим повозкой Савелием, выехал со двора. Прасковья осенив мужа крестным знамением долго махала ему платков в след.

Предположение Малюты Лукьяновича не сбылись. Отсидеться на границе не удалось. Царь Иван Васильевич возобновил военные действия против литовцев. Малюта с братом Третьяком был определён в рать к большому воеводе князю Петру Ивановичу Шуйскому, выступившему в поход на Полоцк.

В конце февраля месяца, когда погода не совсем устойчива. Ночью студёно, а днём яркое солнышко, слепя глава, так сильно припекает, что с занесённых снегом соломенных крыш крестьянских хат ручьём струится талая вода. Санный путь становится труднопроходимым из-за рыхлого, насыщенного талой водой, снега. По такой снежной кашице из Полоцка к Смоленску, растянувшись на две версты, шёл русский военный отряд с огромным обозом тяжёлых пушек и порохового заряда. Как не старался главный воевода князь Пётр Иванович Шуйский поспеть до сумерек к большому селу Иванцовке, чтобы там заночевать, но никак не поспевал.

Зимой солнце садиться рано, а двигаться в ночную стужу не сподручно, да к тому же сильно устали люди и лошади.

– Что будем делать? – обратился к князю Шуйскому, младший воевода князь Семён Туренин. – До Иванцовки нам не дойти. Все устали и так тянемся целый день. Люди голодные, кони еле ноги переставляют, того и гляди без лошадей останемся.

Головы доносят, что уже есть случаи падежа. Дружинники ропщут, у них с утра не маковой росинки во рту, в брюхе урчит.

– Сам знаю, – тяжело вздохнул главный воевода. – Ночевать в поле не хочется. Студёно уж больно.

– Да нам не привыкать, к тому же в Иванцовке нам всё равно всем не разместиться. А тут и место хорошее, рядом река Ула, там и коней напоить можно. И валежник имеется, для костров. Кашу варить можно.

– Ладно, станем тут, – согласился князь. – Место и вправду не плохое.

Тут заночуем. Пусть трубят в рог.

Пока колонна по инерции ещё тянулась, передовые ряды, получив приказ, стали распрягать коней, топтать снег под лагерь, расставляя сани по кругу. Так что вскоре огромное русское войско стало у реки лагерем.

Дворянская конница заняла самое выгодное место на пологом склоне у самой реки. Напоив коней и бросив им спешно нарубленных ивовых веток, дворяне и городовые дети боярские стали обустраиваться на ночлег.