Москвич в Южном городе

Я могу сегодня поссориться, а завтра помириться, я могу ехать в электричке и на протяжении всего пути доказывать дряхлому старику, что его инжир дрянь, а он сначала схватит меня за грудки, а потом нальет шестидесятиградусной чачи, и мы будем рыдать и смеяться, как безумные.

Я могу здесь три часа просто говорить, и меня будут слушать, а не мрачно кивать и поддакивать, как на севере. Я могу не хвалить Мандельштама и Олешу и не ругать Верочку Полозкову, я могу не читать газет и журналов и вместо канала «Культура» смотреть «Ютуб».

А самое главное, я люблю южных женщин. Черноволосых, с крутыми бедрами и стройными ногами, с кричащей красной помадой, с розовыми ногтями в пять сантиметров, торчащей шелковой комбинацией из-под кожаной юбки, в пышных синтетических шубах, как у барашков. О, эти шумные, язвительные и пылкие южные женщины, так жаждущие не айфонов, а любви!

Любимая

Любимая пишет, что мне надо на ком-нибудь жениться.

«Я на тебе женат», – удивленно написал я, отложив Зинаиду Гиппиус.

«Ну смотри, вот, например, Пелагея».

«Кто такая Пелагея?»

«Певица знаменитая».

Чат пылал.

«И что Пелагея?»

«Разводится с Иваном Телегиным».

«Кто такой Иван Телегин?»

«Хоккеист знаменитый».

«Да ладно, я всех хоккеистов знаю. Третьяк, Фетисов, Мальцев, Харламов, Боби Ор».

«Он в ЦСКА играет».

«Хорошо, но какое это отношение имеет к нам, зачем разводиться?»

«Чтобы потом пожениться», – на меня смотрели, как на сумасшедшего.

«На ком?»

«Не знаю. Но зато об этом напишут газеты».

«Ага-ага, газеты напишут только в том случае, если я зарублю поэта, например, Г. В.»

Я представил, как я еду к Г. В. на Конаковскую дачу и вместо обещанной ему книги Сопровского из серии журнала «Огонек» везу за пазухой топор. Я выхожу на дальней глухой станции, потом долго иду по заснеженной степи к даче Г. В. Г.В. сидит за столом, пьет чай с баранками и пишет стихи. Я смотрю на него сквозь окно. Мне жаль Г. В.

Я подумал и написал Лене: «Мне кажется, жизнь – это не догонялки».

Я еще какое-то время представлял заголовки газет. Мне почему-то было стыдно перед Г. В.

Надежда и эпическое начало

– Мне кажется, Слава, в вашем повествовании не хватает эпического начала, – сказала мне соседка Надежда и вернула зажигалку.