Агасфер. Золотая петля. Том 1

В заявлении подчеркивалось и стремление «содействовать всему, что способствует продолжению ведения войны против австро-германцев».

Колчак криво улыбнулся: далее последовал низкий поклон перед французским правительством и президентом Пуанкаре. Чехи просили признать их частью французской армии. Францию не пришлось просить дважды: чехословацкий корпус в России был переподчинен французскому командованию и получил указание о необходимости отправки во Францию.

Попасть туда чехи и словаки могли лишь через территорию России, где уже была установлена советская власть.

Правительство Советской России не имело возражений против отъезда корпуса во Францию и предложило иностранцам короткий маршрут через Архангельск и Мурманск. Однако осмотрительные европейцы отказались: Балтика кишела немецкими подводными лодками. И легионеров было решено направить во Францию кружным путем – по Транссибу до Владивостока, а там через Тихий и Индийский океаны в Европу.

Большевики гарантировали беспрепятственную отправку чешских подразделений от Пензы к Владивостоку – в качестве группы свободных граждан с ограниченным количеством оружия для самозащиты со стороны контрреволюционеров… Чехам идея разоружения, разумеется, не понравилась.

Они постановили оружия не сдавать.

В мае в Мариинске произошло первое вооруженное столкновение легионеров с красноармейцами, и Троцкий отдал приказ о немедленном разоружении и расстреле тех, которые с оружием в руках окажет сопротивление советской власти. Эта телеграмма была перехвачена чешским командованием.

Отразив первые нападения на свои эшелоны и перейдя в наступление, корпус овладел всей Сибирской дорогой…

Колчак всмотрелся в остановившийся напротив его вагона очередной чешский эшелон. В теплушках были распахнуты все окна и люки, из труб поднимался веселый дымок. В вагоне напротив дверь откатилась, и наружу высунусь веселые лица легионеров. Чехи заиграли на аккордеоне и скрипке. Двойные толстые стекла салон-вагона напрочь гасили все звуки, и адмирал только мог догадываться, что музыка была плясовой.

Словно подтверждая его догадку, откуда-то из глубины вагона выскочили три молодые бабенки. Задорно притопывая, они исполнили несколько па кадрили, потом с хохотом повисли на шеях своих кавалеров.

Верховный правитель прищурил глаза и без труда рассмотрел в полутьме теплушки штабеля ящиков и груды тюков мануфактуры, на которых красовались громкие имена русских фабрикантов. Вагон был загружен всем этим добром более чем наполовину.