Агасфер. Золотая петля. Том 2

– Звал, командир?

– Звал, звал… Там, кажись, Петро из Заларей нынче утром прибег? Покличь-ка его…

– Чичас исделаем…

Через некоторое время дверь опять завизжала, и адъютант, впихнув в зимовье деревенского гонца, укоризненно кашлянул:

– Командир, дозволь петли смазать! Скрипят, проклятые, как ты сам-то терпишь?

Замащиков откинулся на спинку кресла, мельком глянул на кланяющегося гонца и перекинул глаза на адъютанта:

– Дурак ты, Терёха, хоть и адъютант! Спецом я петли не мажу – а тебе и невдомек! Вот хоть у Петра спроси – отчего я такой скрип противный терплю? А, Петро?

– Воля ваша, Константин Борисыч… Задумку, стало быть, такую имеете… А мне откуда знать командирские задумки?

– Такой же дурень, – широко зевнул атаман.

 – Дурень и мякинное рыло! Петли скрипучие – лишний сторож мой! Полезет кто тайком в зимовье – железо ржавое меня и разбудит, не даст глотку перерезать… Учишь вас, учишь… Ладно, подойти, Петро. Рассказывай, что в деревне нового!

Петро, положив шапку на лавку у двери – чтобы не мешала руками махать, – принялся обстоятельно рассказывать.

Начал, зная крутенький нрав атамана, с его прошлогоднего поручения:

– Ефим в деревне объявился, Константин Борисыч!

– Да ну? – хохотнул Замащиков. – Стало быть, не усидел на своей заимке?

– Не усидел, – подтвердил доносчик. – Только он стережется в Заларях объявляться, старуху Агееву на свиданку в тайгу вызвал как-то. Мне шепнули евонные суседи: мол, старуха в избу Ефима два раза приходила, узлы какие-то носила к себе – ну, я у ней в огороде и засел.

Два дня караулил, Константин Борисыч, а на третий она с узлами через чугунку в тайгу поперлась. И я за нею…

– Два дня в засаде сидел, говоришь? А если б старуха твоя за травками просто в тайгу поперлась?

– Нюх у меня, Константин Борисыч! Нюх! Как Ефим прошлой осенью с контуженым офицериком в тайгу ушел, я все время его дожидался. Мыслил себе: не может охотник без припасов на зиму в тайгу уйти! И караулил… А он вишь чего придумал – старуху в связные определил…

– Ну и как? Выследил старуху?

– Какое там, Константин Борисыч! Ефим – мужик хитрый, в условное место старуху приглашал.

Принесет ему Агеева то, что требуется, а Ефим обратно к себе на заимку один возвращается. Поостерегся я за ним идти, Константин Борисыч! Ефим лесовик, тайгу до тонкостей знает. В болото завести может или под самострел… А то и сам петлю в тайге даст, как заяц, навстречь выйдет и из винтаря жизни лишит.