Разлом

Через неделю каникулы у него. Лодку надувную все время просит. Не знаю…

– Да, – задумчиво произнес Стен. – И что? Вообще никаких других вариантов? Может, не продавать пока магазин? До осени подождать.

– А чего ждать-то? Пока новых счетов нанесут опять? Торговли нет никакой. Всякую ерунду приносить стали. По-ходу, накрывается весь этот рынок подержанных вещей медным тазом.

– Может, я чем-нибудь помочь смогу? – непривычно для самого себя спросил Стен.

– Ты? – я невольно улыбнулся его предложению. – Не уверен.

– Тогда я даже и не знаю, – расстроенно протянул он, откинувшись на спинку кресла. – Даже и не знаю…

– Слушай, Стен, а может бросить мне к чертовой матери и рвануть куда глаза глядят, как мистер Лири, а? Надоело. Не могу больше здесь находиться. И город надоел, и магазин, и старье это все в нем. Устал, честное слово.

– Как кто?

– А…Я же тебе не сказал: письмо сегодня пришло от мистера Лири. Пишет – приезжайте, не могу без вас, помощь нужна.

– Да ну!? Тот самый Лири, который…

– Он самый.

Объявился на Аляске, в такой дыре, какую себе только представить можно. Ищет что-то, но без нас никак. Уговаривает лететь к нему вместе с фонариками, теплой одеждой и всем остальным. Золотые горы обещает. Телефона там и в помине нет, передвижение на собачьих упряжках, красивая природа, кормежка в «Пьяном медведе».

– Ну, так это же…Это же просто замечательно! – не скрывая своего воодушевления радостно воскликнул Стен. – Аляска! Северное сияние! Лосося голыми руками брать можно! Давай махнем туда, а?

– Ты что, совсем «того»? – я постучал пальцем по деревянной поверхности прилавка.

 – Какая Аляска!? Ты хоть представляешь себе где это? И сколько нужно потратить денег, чтобы добраться туда и купить все, что нужно для этой поездки.

– Так, ты же это, вроде…Ну…– Стен слегка замялся и опустил глаза вниз. – Продавать хотел…

– Хотел. Но тебя в этих планах не было. Я на семью хотел потратиться, отцу помочь и отложить что-то, если получится. И потом: как же твое бессмертное творчество?

– Творчество?.

.– Стен взволнованно заерзал на месте и, как будто отмахнувшись от назойливой мысли, уверенно выпалил: «Да гори оно все синим пламенем это творчество. Литагенты совсем озверели – теперь им по три сотни в неделю платить нужно, а не две, как раньше. Я им говорю: переделайте. Так не пойдет. А они мне..»

Я не смог удержаться, чтобы не рассмеяться:

– Все ясно – идея погибла в зародыше, так и не родившись Впрочем, на тебя это похоже.