Маскарад

 – Ты понимаешь это командир?! Пленники на шкуры!

– Что? – нахмурился Мартин, до которого наконец начал доходить смысл слов.

– Видимо Маг изготовил не слишком долгодействующее снадобье… – пояснил Безухий. – Вот они и начали просыпаться.

– Проклятье… Все-все… отпустите меня… Я в норме…

Друзья слезли с Флокхарта и он наконец смог сесть и осмотреться.

– Остался из них кто живой?

– По крайней мере я изготовил двадцать стрел, так что должны быть еще.

– Давайте поищем, – предложил Хребет и бойцы, те что могли, принялись за работу, выискивая среди десятков трупов живых гоблинов сраженных стрелами Безухого с сонным снадобьем Мага.

Остальные: Зуболом, Камень и сам Мартин собрались вокруг колдующего над слегка переливающимися красными пятнами углями Рудалом. Вскоре тьму разрезал огонек быстро разросшийся в жадно поедающий дрова костер. В его свете сразу стало видно, что живые гоблины еще есть. Некоторые из них очухавшись достаточно чтобы понять, что дело дрянь, пытались сбежать, но разве это реально сделать от охотников за головами, пусть и смертельно уставших и израненных?

Полчаса поисков привели к обнадеживающим результатам.

К костру подвели пятнадцать связанных вислоухих.

– Даже больше чем нужно, – произнес Зуб. – Что с лишними делать? Прикончить?

– Нет… – ответил Флокхарт.

Зуб удивленно вскинул брови. Но злоба уже покинула Мартина, а точнее он заставил ее затихнуть, верх взяло рациональное зерно, и он не видел смысла в бесполезном убийстве.

– Приведем всех, лучше больше чем меньше.

Вдруг у Триера что-то не заладится, как известно часто первый блин комом выходит, так что лучше иметь запасной экземпляр.

– Тоже верно, – согласился капитан кавалерии.

Отряд остался сидеть до начала рассвета. Все это время они залечивали свои раны хотя бы до такого состояния, чтобы можно было добраться до лагеря, где ими могли заняться маги-лекари. Глотали порошки, прикладывали к ранам различные мази… Но и засиживаться на месте долго тоже не следовало.

Пролившаяся просто в огромном количестве кровь могла привлечь внимание и сорвать со своих постов и лагерей других гоблинов в еще большем количестве, чем уничтоженный ночью отряд самых голодных и нетерпеливых.

Гоблины ничего не видели дурного в каннибализме. Мясо, оно и есть мясо. Ведь пожирали же они своих детенышей чтобы выжить самим… Гоблины считали что только выжив сами они могут принести потомство, а если умрут взрослые, то и детеныши долго не протянут.