Маскарад

– Сэр Флокхарт… – окаменел лицом герцог. – Когда я спрашиваю о чем-то, то ожидаю, что мне ответят, а не зададут встречный вопрос.

– Простите ваша светлость. Да, это правда. Я отдал описанный меч в уплату за спасение жизни того гоблина.

– Зачем?

Мартин молчал не зная что ответить. Не говорить же что Горг Белый член его отряда?! Гоблин в рядах королевской армии в то время когда люди ведут против этих злобных инородцев войну не на жизнь, а на смерть! Нонсенс!!! Это безумие само по себе!

«Но что же сказать?!» – метался в мыслях Флокхарт.

– Ну, опять дар речи потерял? – снова набычился герцог. – Только не говори мне что ты купил его как диковинку или из желания натянуть его шкуру на барабан как того хотели сделать твои оппоненты по аукциону. Он того не стоит, даже как диковинка. Тогда что?

– Сэр…

– До меня дошли слухи что в твоем отряде есть уродец… сопоставив одно с другим я пришел к выводу что этот урод и есть гоблин-альбинос.

– Так ваша светлость, – твердо кивнул Флокхарт, готовясь защищать Горга Белого от возможной расправы. Несмотря на присутствие инородцев: гномов и эльфов, терпеть в рядах такого инородца как гоблин никто не станет.

Но к удивлению Мартина герцог ничего требовать не стал. С улыбкой на лице, повторяя «интересно, очень интересно», сэр Арломан откинулся на спинку своего кресла.

– Ты не думал генерал, что он может быть шпионом противника? Гоблин среди людей и не просто людей, а имеющего выход на командный состав армии…

– Это исключено ваша светлость, – позволил себе улыбку Мартин.

– Да? Почему же он сражается с тобой против своих сородичей?

– Я, со своим другом, спас его от вислоухих думая что он человек, сэр. Шаманы хотели натянуть его белую кожу на барабан. Так что ваша светлость Горг изгой среди своих сородичей из-за своей кожи. Среди соплеменников его ждет только смерть.

– Замечательно. Просто замечательно.

– Ваша светлость? – насторожился Мартин Флокхарт.

– Не обращай внимания, – опомнился герцог и отстранив бокал, выпрямился в кресле. – Теперь о главном маркиз.

– Я слушаю ваша светлость.

Герцог повернулся к слуге и махнул рукой. Слуга поклонившись, вышел из шатра, оставив военачальников наедине.