Истина где-то рядом

Но чем они были лучше Данилы Беркутова? Да ничем. Разве лишь только превосходили известностью его имя. Да, вот именно, платят за имя, платят за авторитет.

Правда? Она не нужна никому. Если люди не хотят слышать правду, то они ее и не услышат. Потому что она их не устраивает, потому что правда развенчивает кумиров, разрушает иллюзии. А расставаться со своими иллюзиями не желает никто. Так легче и привычнее жить.

Данила протянул руку, чтобы выключить видеокамеру, но не успел он коснуться аппарата, как где-то неподалеку прогремел взрыв.

Это было так неожиданно, что Беркутов присел, и в испуге посмотрел в сторону взрыва. Откуда-то с неба посыпалась земля, очевидно, подброшенная этим самым взрывом.

Где-то застрочил пулемет. А затем воздух наполнился свистом снарядов, которые начали рваться в нескольких сотнях метрах от Данилы. Беркутов пригнулся, и укрылся за металлической конструкцией, на которой была установлена его камера. Он не знал, откуда стреляли, но в его голове мелькнула мысль, что он своим репортажем, кажется, накаркал настоящую атаку.

Похоже, что боевики ИГИЛ снова начали наступление. Что делать, бежать подальше на безопасное расстояние или же продолжить репортаж? Соблазн получить новый остросюжетный материал пересилил страх, и Данила вновь повернулся лицом к объективу.

– Кажется, мои дорогие телезрители, вы становитесь свидетелями нового массированного наступления, – заговорил Беркутов. – В очередной раз вы можете убедиться в том, как шаток и ненадежен мир в Сирии.

И, судя по всему, боевики ИГИЛ действительно использовали перемирие для того, чтобы перегруппироваться и вновь перейти в наступление. Что ж, это обычная история, и такой поворот событий следовало бы предвидеть.

Где-то за спиной Данилы выстрелил тяжелый танк, и на мгновение Беркутов решил, что стреляли в него. Оглушительный свист снаряда прозвучал, казалось, возле самого уха, но взрыв прогремел далеко впереди.

Обернувшись, Данила увидел танки, принадлежащие сирийской армии.

Они открыли огонь по невидимому противнику, и явно собирались перейти в контрнаступление.

Данила быстро огляделся по сторонам, ему совсем не улыбалось оказаться на пути движения тяжелой техники, независимо от того, чьей стороне она принадлежала. Но, кажется, он находился в стороне от пути, по которому могла двинуться армия. Взрывы звучали все интенсивней, и Беркутов затруднялся сказать, с какой стороны стреляли чаще.