Догма

Выезжаем сегодня вечером.

Я даже растерялся от такого напора. Но… мне правда очень хотелось поучаствовать в этой авантюре и поработать с Марком бок о бок хотя бы какое-то время.

– Чего замолчал?

– А пианино? Я не могу без музыки.

– Расслабься, этот вопрос мы решим. Я уже связался по телефону с шефом полиции того поселка, спросил, есть ли у них музыкальная школа. Так что время от времени будешь ходить играть туда.

– Это какой-то совсем провинциальный городок?

– Да, захолустье еще то.

– Тогда чему ты так радуешься?

Он аж сиял от счастья.

– А это решает нашу третью проблему. Элизабет живет всего в двадцати километрах оттуда. Так что смогу ее навещать. Уже не терпится пропустить несколько стаканчиков бренди у нее в кафе! В общем, все как я хотел, только не отпуск.

– И как называется городок?

– Догма.

– Ты шутишь?

– Нет, я серьезно. Дружище, сегодня мы отправляемся в Догму.

Глава четвертая. Догма

В это странное и совершенно не входившее в мои планы мини-путешествие я отправился налегке, как, впрочем, и Марк.

Он заехал за мной вечером, проверил, выключены ли все электрические приборы, зашел в свою спальню, его личный бункер, куда я практически никогда не заглядывал. Однажды Марк сказал мне, что это единственный на свете уголок, где он может побыть один наедине со своими мыслями, и я решил не тревожить его своим появлением в месте покоя.

Мы выехали из города где-то около одиннадцати. По словам Марка, Догма находилась в шести часах езды.

– И все же почему ты взял меня с собой? – спросил я в дороге. – Насколько понимаю, дело предстоит серьезное. Зачем тебе дилетант?

– А тех причин, что я перечислил, тебе мало?

– Мало, – кивнул я.

Марк ненадолго задумался.

– Знаешь, в глубине души, там, где больше человеческого, чем полицейского, мне понравилось твое стремление помочь Райану и его матери. Ты сам провел собственное расследование, допросил свидетелей… – тут он улыбнулся, – точнее, одного свидетеля, но это не важно.

Мне кажется, ты подходишь на роль консультанта-детектива лучше, чем кто-либо другой из моих коллег. Понимаешь, тут еще такой нюанс: сегодня полицейский не имеет тех прав, которые имел еще лет пять-десять назад. Сейчас за побои, пусть даже во имя благой цели, жестоко карают. Могут не только отстранить от дела, но и отдать под суд. А потому полицейские в нашем городе, в частности и я, нежны и очень осторожны в своих высказываниях и методах работы.