Как я не стал миллионером

– Ты Федя, горячку не пори. Покажи-ка лучше ваш с чёртом договор. Где, – говорит, – тут написано, про размер мешка? Нигде. Так чего ты душу свою грешную ему в морду суёшь?

В общем, сшили они маленький мешочек и положили туда пару оставшихся золотых монет.

– Всё, – говорят, – как договаривались.– Ты – колодец, я – мешок золота.

Понял чёрт, что его надули, и с горя в колодец сиганул. Вот теперь там и буянит. Золота требует.

– С нас, – сказал Сергей.

– Что? – не понял Михай.

– С нас, говорю, требует.

– Ну, брат, как тебя зациклило, – только и ответил Михай.

14

Ночью Сергею снился чёрт. Настоящий! Чёрненький, кудрявенький, с козьими рожками. Он хватал его за саквояж и кричал голосом Паниковского в исполнении Гердта: – Дай миллион!

– Да бери! – говорил Сергей и хлестал чёрта пачками купюр по розовому пятачку. – Всё бери! Всё!

Но чёрт продолжал кричать:

– Дай миллион! Дай!

К чему бы это? – подумал Сергей и проснулся.

Михай уже тоже не спал.

– Поедем вместе, – сказал он.

Похоже, волнение Сергея передалось и ему.

В кабинете Ненадо их уже ждал маленький, смуглый с чёрными, как смоль, кудрями, немолодой мужчина. Ну, вылитый чёрт. Только пахло от него не серой, а навозом.

– Золтан, – представился он. И снял с головы видавшую виды соломенную шляпу. Рогов не было.

– Ну что, едем?

Николай уже заводил свой помытый (где ему только удалось) рефрижератор. Да и сам, к удивлению Сергея, выглядел, как огурчик: свеженький, умытый, без щетины. Даже длинные кудри, еще вчера напоминавшие свалявшуюся паклю, были тщательно расчесаны и аккуратно рассыпаны по плечам.

Ну, вылитый Портос… Барсучий жир, наверно, помог, подумал Сергей и полез в кабину. Рядом сел Золтан, распространяя густой характерный запашок… Лучше б уж серой пах, чем навозом, подумал Сергей, стараясь задержать дыхание. Михай же забрался в кузов. Он с опаской поглядывал на хлипкую башню из наваленных деревянных ящиков, первоначально предназначавшихся для черешни, ну а теперь для картошки. Быть погребенным под руинами этой сомнительной конструкции ему явно не хотелось.

– Не боись, – сказал Николай, – буду ехать аккуратно, но быстро, – и захлопнул массивную жаронепроницаемую дверь кузова.

Не прошло и получаса, как они, чуть попетляв по извилистой горной дороге, въехали в большую деревню, которую и деревней-то язык не поворачивался назвать.

– Да тут у вас, я смотрю, одни куркули живут, – ахнул Николай.

– Есть маленько, – откликнулся Золтан.