Бой с тенью

А оперативники уже работают. Вы их, возможно, и не увидите. Они у нас как тени…

– Андрей, – представился Соловьев.

– Бондарь, Тимофей.

– А почему «тунгусы»?

– Это вы у Безносова спросите, – Тимофей рассмеялся. – Юмор у него такой.

– Или опыт, – предположил Иван Павлович, появляясь на крыльце семиэтажного «загородного домика». – Здорово, пускач.

– И вам того же, пан Сноровский, – Бондарь широко улыбнулся. – Говорят, вас из ЧК того… ушли?

– Зато смотри, какое хозяйство мне Семен доверил, – Иван Павлович указал большим пальцем за плечо.

 – Охотничью заимку со всеми удобствами, да еще тебя с «тунгусами» твоими в придачу.

– Так это же временно.

– А что в этом мире постоянно? Счастье? Небоскребы? Государственные гимны? Все относительно, Тима, все относительно… Я смотрю, твои орлы налегке прилетели?

– Обоз, – Бондарь указал на подъезжающий инкассаторский грузовик.

Для перевозки наличности машина выглядела несколько великоватой. Командир «тунгусов» махнул рукой, приказывая водителю заехать с обратной стороны здания.

– Чувствуешь, Андрюша, какой размах? – Сноровский удовлетворенно потер ладони.

– Какой размах? – Соловьев пожал плечами. – Полроты бойцов и грузовик с оружием? Или вы сейчас начнете рассказывать легенду о том, что «тунгусы» – это самое секретное спецподразделение ГРУ? Так это для пацанов. Сказки на ночь…

– Не обижайся, он не со зла, – Иван Павлович адресовал реплику Тимофею.

– А узнай он откуда-нибудь правду, чего бы тогда стоила наша программа информационной безопасности? – Бондарь запросто похлопал Соловьева по плечу.

 – Будьте уверены, Андрей Васильевич, не подведем. Вы меня извините, дела…

Он неспешно обогнул угол «домика» и скрылся в воротах служебной территории.

– Откуда он знает мое отчество? – Андрей покачал головой. – Почему все считают своим долгом поставить меня на место?!

– Ну, не только же тебе хочется повыпендриваться. У тебя одни заслуги, у них другие. Но чего они стоят без признания публикой?

– А почему – пускач?

– С такой комплекцией ему только танки кривой рукояткой заводить, вот и пускач, – Сноровский рассмеялся.

 – В этой среде так принято. Подшучивать, но беззлобно, для настроения. Ты разве забыл уже?

– Нам шутить было некогда.

– Это ты зря… Забыл, наверное… Вот Борис часто истории рассказывал. Меня однажды чуть удар не хватил от смеха. Вспомни, когда прапору вашему, из хозвзвода, ишака в койку уложили… Разве не смешно было? Помнишь эпизод?

– Помню.