Наши фиолетовые братья

– Господин капитан, сердце левее, – тактично подсказала Дарья.

– Сам знаю, – огрызнулся тот и передвинул регулятор мощности.

Шуберт, покосившись на зарядный блок нанодиссамблера, увидел, что рядом с делением «1» изображен улыбающийся черепок, рядом с «2» – перечеркнутый крест-накрест танк, рядом с «3» – крупная зигзагообразная молния, похожая на вопросительный знак. Против деления «4» гвоздиком была нацарапана надпись «не балуй!». Вот этим самым «не балуй!» капитан и зарядил свою пушку. Борисов уже хотел осведомиться относительно последнего желания, как вдруг офицер шагнул влево и, выхватив интел-кинжал с цепным лезвием, полоснул им вдоль стены.

– Что это было? – испуганно спросила Дарья.

– Рефлексы. Не люблю, когда в меня тыкают.

Едва он успел это сказать, как из той же стены, нецензурно выражаясь, выпал целый десантник. Он появился совершенно неожиданно, в том смысле, что если б его и ждали, то все равно не знали бы, из какой секции он возникнет.

– Зинчук?! Ты?!

– Я, господин капитан.

– Палец твой?

– Мой, господин капитан… – молвил Зинчук. Он поднял обрубок и попытался приставить его на место. – Последний живой палец… – расстроенно добавил он.

– А остальные десять? – спросила Дарья.

В ответ Зинчук сделал обеими руками несколько хватательных движений, и из перчаток послышалось тонкое жужжание сервомоторчиков.

– Зинчук, рапорт! – потребовал офицер.

– Вы шли, шли, а потом пропали.

– Дальше!

– Рапорт окончен, господин капитан. Все.

– Ты здесь как очутился?

– Не могу знать, господин капитан. Показывал бойцам направление вероятной атаки вероятного противника…

– Пальцем показывал? – уточнил Борисов.

– Да вот этим самым… Потом он как-то так отвалился. Я присел на корточки, чтоб в траве поискать, споткнулся, и…

– Ты из какой двери выпал? – перебил его Матвей.

– Этого я не помню.

– Шуберт! Ты не помнишь, откуда он…

– Мне только за пальцами чужими следить! – фыркнул Борисов.

– Я тоже не помню, – заранее ответила Дарья.

Спрашивать у капитана Матвей не рискнул.

– Но приблизительно… приблизительно вон оттуда, – сказал он, кивая на одну из поверхностей.

– Почему оттуда? – возразила Дарья. – По-моему, из соседней, той, что правее.

– Ты же не помнишь! – вскинулся Матвей.