Наши фиолетовые братья

– Да ты и сам не помнишь!

– Глуши фанфары! – оборвал их офицер. – Пойдем… мы пойдем… Сюда! – объявил он, показывая стволом явно наугад.

– Как бы нам опять… – усомнился Борисов.

– Молчать! – в рифму гаркнул капитан. – Зинчук!

– Я!

– Обработай рану, и вперед!

– Куда, господин капитан?

– Вот в эту стенку.

Десантник сунул палец в карман, залил рану гелем и, сняв с плеча СТУРН, безрассудно шагнул в указанном направлении.

Борисов, хоть и раскусил назначение колодца, все же втайне надеялся, что никакого перемещения не произойдет и секция окажется обычным листом обычного пластика.

Так, примерно и вышло. Обычный на первый взгляд пластик необычным образом проглотил Зинчука вместе с оружием, отрубленным пальцем и бравым возгласом «Слушаюсь, господин капитан!». Проглотил и не поперхнулся.

– Ну?.. Чего ждем? – спросил Матвей.

– Сейчас боец разведает, туда ли он попал, куда нам надо, и доложит, – ответил офицер.

– Как же он доложит, если отсюда связи нет?

– Так он же вернется.

– Как же он вернется, если приказа не было?

– Правда не было?.. – рассеянно произнес капитан. – Тогда вот что… Ты, говорливый! – Он повел стволом в сторону Матвея. – Сходи за Зинчуком и передай, чтоб вернулся. И сам вернись. Понял?

– А-а… но… – замялся тот, но офицер подбодрил его легким пинком.

– Бегом, мясо!

Матвей, потеряв равновесие, всем телом ухнул в секцию. Борисов почему-то подумал, что, будь на месте стены вода, брызг получилось бы море.

Прошло долгих пять минут, прежде чем офицер нарушил молчание.

– Дамочка…

– Ой нет!.. – отпрянула Дарья.

– Дамочка, вы давали присягу.

– Я от нее отказываюсь.

– От присяги нельзя отказываться, – мягко заметил капитан.

– А я все равно отказываюсь, – не растерялась Дарья.

– Марш в стену!! – заорал офицер, и она, съежившись от страха, нырнула в мутную темень.

Еще через пять минут стало ясно, что никто не вернется.

Борисов сквозь скафандр почесал спину и отвлеченно посмотрел куда-то в небо.

– Сам пойду, – буркнул офицер.

– Поддерживаю! – поспешно отозвался Шуберт.

– Ждешь восемь с половиной минут и следуешь за мной, – распорядился капитан.

– Нет, навсегда здесь останусь, – съязвил он.

Офицер хотел что-то сказать – или, быть может, просто выстрелить, – но передумал и бодро впрыгнул в неизвестность.