Восход Водолея (сборник)

Стены коридора вздрогнули и загудели, а пол ушел из-под ног настолько резко, что Виктор едва не упал. Карасев тоже был вынужден прижаться к стене, но тут же испуганно отпрянул.

– Там кто-то стонет!

Шорников прислушался. Стонал не кто-то – стонали несущие металлические конструкции купола. В сочетании с низким гулом земли и сочным эхом в многометровом слое воды это звучало пугающе.

– Бегом! – Виктор бросился в сторону центрального отсека, но пол продолжал вибрировать, и Шорников, сделав пару шагов, растянулся в полный рост.

Карасев тоже не сумел удержаться на своих двоих и догнал начальника ползком. Так они и продолжили движение, едва не теряя сознание от оглушительного скрежета, низкого гула и воя аварийных ревунов, осыпаемые водопадами осколков и синих искр из лопнувших лампочек, и задыхаясь в дыму от горящей проводки.

Впереди наконец показалась площадка посреди просторного и высокого зала, на которой стоял «купол в куполе» – главный технический отсек, вполне автономная территория «Шельфа-3», которая теоретически должна была остаться в рабочем состоянии даже в случае затопления остального пространства внутри полусферы.

Более того, после проведения некоторых демонтажных процедур она могла исполнить роль «всплывающей камеры», надежного спасательного средства.

Толчки прекратились, и грохот немного поутих, но начавшийся пожар стремительно распространялся по коридорам и помещениям купола. Кое-где сработала система тушения, но в большей части отсеков автоматические огнетушители и вытяжки пока бездействовали.

Огонь и едкий дым заполнили уже почти все свободное пространство. Шорников надел маску и, приняв вертикальное положение, подбежал к техотсеку. Ни внутри спасительного мини-купола, ни рядом с ним никого не оказалось. Виктор прислушался. Складывалось впечатление, что и внутри большого «Шельфа-3» нет никого, кроме двоих разведчиков Системы. Это казалось странным. Буквально перед аварией здесь жили и работали полторы тысячи человек. Неужели они все умерли от голода и жажды за каких-то четыре дня? В каждом куполе имелся немалый аварийный запас не только сжатого воздуха и регенерирующих элементов, но и пресной воды и продуктов. А энергией каждую полусферу обеспечивал автономный атомный реактор.

Судя по тому, что свет под куполом горел, а вся автоматика – исключая системы внешней связи – работала, реактор заглушен не был. Если людям грозила опасность, техники должны были его заглушить даже на последнем дыхании. Но этого не произошло.