Легенда

Но в основном предлагали оплату едой – ягодами, мясом, выпивкой, иногда какими-то оберегами, которые скорее всего не представляли никакой ценности и их продал землепашцам такой же шарлатан как и он сам. Если и предлагали деньги, то суммы были до смешного незначительны. Тут его внимание привлёк конверт на котором большими буквами было написано – Лаэрта. Раскрыв его он прочитал: ”Требуется помощь в принятии родов. Оплата – десять полноценных раотских монет. Лаэрта – библиотекарь.” Он просто опешил от такого предложения, если это не шутка, то этого хватит как минимум на год роскошной жизни в столице, что позволит ему наладить там дела и возможно остаться навсегда.

И это было почти в сто раз больше, чем предложил ему староста. Одан пинком открыл дверь и крикнул:

– Эй малец. Кто такая Лаэрта и где к демонам ваша библиотека, а ну веди меня к ней, да поскорее!

Через несколько минут, они уже были на пороге её дома. Одан только собрался постучать, как вдруг перед самым его носом дверь резко распахнулась и он увидел перед собой, как ему показалось, ангела во плоти в просторном легком белом платье.

Он настолько был ею очарован, что даже сразу не заметил что она в положении.

– А я вас уже заждалась, заходите милсдарь, будьте добры.

К исходу дня он уже полностью знал всю её историю, она рассказала ему всё без утайки, понимая что обманывать просто бессмысленно, так как чем больше он будет знать, тем с большей вероятностью сможет помочь. Одан начал осознавать, что с ним происходит что-то странное.

В своей жизни он еще не встречал девушку, голос которой его как-будто завораживал. Она была очень приветлива и не пыталась его обмануть. Он понял что она чиста сердцем и душой, насколько это вообще было возможно в этом грязном мире лжи и обмана, и что её еще не коснулась скверна больших городов и людского общества в целом, то ли в силу возраста, то ли потому что она была достаточно нелюдима и почти всю жизнь просидела за книгами, в то время как отец отгородил её от тягот и забот простой жизни.

Впервые за последние годы он испытывал к кому-то симпатию. Разочаровавшись в мире и самом себе, до этого момента он на всё смотрел со злорадной усмешкой и в чужой слабости искал выгоду, не гнушаясь самых мерзких поступков. Образ его существования был сродни мести самой жизни, в том числе и своей, но тут в нём произошёл какой-то надлом, он захотел защитить это беспомощное существо, попавшее в жернова опасного мира.