Спящие Дубравы

Пока я откровенно пялился на эту крошку, она времени даром не теряла. На столе мгновенно материализовались два кубка, кувшин чего-то и тарелка с чем-то. Видно, Черч тоже не устоял перед милой улыбкой, легким румянцем, трепетанием нежных ресниц и всем прочим, при помощи чего женщины испокон веков делают из нашего брата дураков.

– Не стесняйся, – девушка махнула в сторону снеди.

В отличие от многих моих знакомых я никогда не имел ничего против того, чтобы меня угощали представительницы прекрасного пола, и не стал дожидаться повторного приглашения.

В кувшине оказалась «Золотая лоза» – некрепкое, на мой вкус чересчур сладкое и густое вино. К тому же – безобразно дорогое. Я, если бы меня кто спросил, предпочел бы еще кружечку-другую эля, но меня, разумеется, не спрашивали. С другой стороны – дареному драконозавру под хвост не заглядывают.

Примерно после третьего кубка я, наконец, спросил:

– Все это хорошо и замечательно, но…

– Но ты хотел бы знать, чего мне от тебя нужно?

– Угу.

– Я так и думала. Прежде всего, меня зовут Глорианна.

Ага, а я-то все гадал, как могут звать девушку моей мечты…

– Сэд, – коротко и просто кивнул я, осторожно пожав тремя пальцами протянутую мне маленькую, но крепкую ладошку.

– Отлично. Что умеешь делать?

– Все.

– Отлично, – еще раз повторила девушка. – Хочешь хорошо заработать?

Ого, вот прямо так, с галопа в карьер? Сдается мне, что-то тут нечисто.

– Ну, оно, конечно, неплохо бы… – протянул я, пытаясь понять, куда она гнет.

– Дело… – начала она, но тут у меня все поплыло перед глазами и, хоть убейте, я до сих пор практически не помню то, что происходило дальше, а сама негодница только посмеивается и не отвечает. Сначала мы говорили, потом куда-то шли, там были какие-то люди. Еще я помню, что пытался что-то писать. Потом мы вернулись в «Золотую кружку», где я снова пил, а под конец вознамерился обнять свою новую знакомую, но в глазах изрядно двоилось, поэтому я промахнулся и, сграбастав кувшин, раздробил его на мелкие черепки.

Глава II

В которой рассказывается о наследии Фиолетового Юстаса, а также о том, как меня два раза подряд бессовестно обвели вокруг пальца.

Я проснулся, вероятно, оттого, что на мою голову вылилось изрядное количество холодной воды.