Путь диких гусей

Люди уйдут с реки, найдут другого бога, а ты совсем один останешься. А знаешь, как худо одному? Тебе не то что кобылы, а и голой кости никто не бросит, отощаешь совсем. Вот я собаку кормлю – она мне зверя гонит. А тебя корми, не корми – не даешь рыбы! Чем я внучат кормить буду? А? Молчишь?… Не ты ли у меня две весны назад последнего младшенького сына забрал?

При воспоминании об утонувшем во время ледохода сыне у старика задрожал голос, и крупные слезы выкатились из мутных, плохо видящих глаз.

Дома, в землянке, он не позволял себе такой слабости. Тут же, оставшись один, вволю отводил душу, ругая речного бога, отнявшего у него последнего сына. Двое других много лет назад ушли в набег с ханом и не вернулись. А младший, самый любимый и расторопный, взял в свою землянку их детей. Теперь, уже второй год, они живут с Назисом.

Старик подергал за бечевку, к концу которой был привязан острый стальной крючок с наживкой. Но бечевка подалась легко. Клева не было.

Тяжело вздохнув, старик представил, как ему придется по темноте возвращаться в свою землянку, минуя насмешливые взгляды соседей.

Зато никуда не спрячешься, от своей ворчливой старухи, которая станет попрекать за напрасно проведенный день. Утром она отправляла его на озеро ставить сети, но он заупрямился и пошел на реку.

Старик был упрям от природы, и это часто оборачивалось против него. И сейчас можно было давно возвращаться в селение, но он менял наживку и упорно ждал клева.

– Вот скажи, – продолжал он, – почему на озере хозяин воды совсем другой? Не такой скупердяй, как ты? Он людям всегда рыбы дает, не жалеет, как ты. А воды у него меньше, чем у тебя. И рыба зимой вся мрет, когда лед толстый, воздуха мало. Надо было ему кобылу ту снести, сейчас горя бы не знал. А тебя кормлю, кормлю, а ты…

Назис опять подергал за бечевку, но результат был тот же.

– Тьфу! – плюнул он в сердцах в воду. – Чем я тебе не угодил? Лошади мало показалось? Может, тебе собаку или козу нашу притащить?… Ты скажи, мне не жалко.

Только шкуру я себе оставлю, на шапку. Моя совсем износилась. Молока коза почти не дает, у собаки зубы выпали – забирай обоих. Но сперва осетра мне пошли. Много не надо – одного…

Старый рыбак пытался по-хорошему договориться с речным богом, но тот или спал или не хотел помочь старику. Ругая его последними словами, Назис принялся вытягивать бечевку и укладывать в долбленку.