Змеиный князь

Тогда твоя кожа становится тоньше яблочной кожуры, и даже намек на насмешку во взгляде как кинжал проникает внутрь и заставляет ощущать невыносимую муку. Кожа Эрнана была куда тоньше моей. Он казался высокомерным, но причиной тому служило чувство собственной уязвимости. Я хорошо понимал это и прощал ему надменность и неприветливость.

Однажды он попросил сопроводить его на поединок. В Саламанке драки среди студентов – обычное дело. Его соперник – лощеный аристократ пришел не один. Эрнан велел мне оставаться на месте, а сам пошел вперед.

Его окружили. Кто-то метнул нож ему в затылок.

Мой друг умер мгновенно. Я еще долго смотрел на окрашенный кровью ворот сорочки и думал, что Эрнан, останься он жив, ни за что бы не отстирал это пятно.

Меня обвинили в убийстве, и мне пришлось бежать. Случай свел меня с пиратами, которые поведали мне истину: слишком многие в этом мире прикрывают подлый нрав высоким происхождением как платьем. Но разве они не вправе распоряжаться жизнью, как им вздумается. И я не могу судить их, ведь я пират, я вор и лжец.

– Можно лгать всем и самому себе какое-то время, но не всю жизнь, – возразил Мал.

– Я всего лишь не захотел быть пешкой в войнах королей и выбрал другую войну – пиратство. Несколько недель назад я захватил корабль, идущий к берегам Египта. Если жертва хочет откупиться, я всегда готов принять деньги. Но тот, кто нанял корабль, хоть и называл себя торговцем, нисколько не был на него похож. У этого человека не было ни денег, ни товара на продажу.

Когда я сказал, что вынужден пленить его ради выкупа, тот предложил в обмен на свободу нечто большее, чем золотые дублоны. Он утверждал, что располагает сведениями о пещере, где скрыт источник сверхъестественной силы. Я потребовал доказательств. Торговец показал мне пергамент с изображением странного существа. Разглядывая его в первый раз, я лишился самообладания. Мой пленник свернул пергамент и сообщил мне, что в одном из поселений Египта возведена стела. Она указывает на пещеру, в стене которой таится черная пчела и хранится двадцать восемь сосудов. Яд пчелы и содержимое сосудов как раз и есть тот самый источник. Разумеется, он не стал мне выкладывать всего, что знал. Мои сомнения так и не рассеялись, и я оставил обладателя ценных сведений на корабле. Это было сделано ради его же безопасности. Он мог погибнуть от рук пиратов.

– Почему вы ему поверили?

– Я не поверил ему, но случилось то, чего я не ожидал. Ни один из пленников не молил о пощаде.