Опасные игрушки

Переулок в районе Сухаревки… Установил квартиру, нашел на черной лестнице телефонный щит и… подключился.

– Рисковый ты парень, Олег… Просто стоял и слушал?

– Зачем? У меня все с собой было. Полный кейс техники. Вчера подключился, сегодня снял… Что, Игорь Михайлович, будем слушать? Только одно место из разговора. Итак: Гридин и Оксана.

Говоря это, Олег вытащил средних размеров диктофон с подключенным к нему устройством чуть больше спичечного коробча. Он действительно подготовил ту, самую важную часть записи – разговор начался на полуфразе:

– …как же ты спала одна?

– Плохо! Не хочу я так больше.

– Не мог. Я и так домой в полночь заявился… Телефоны под контролем. Представь, в час ночи звонок, а я трубку не снял. И начнет эта «Сова» раскручивать: где был, почему… И консьержка. Она так глазами и зыркает. Все запоминает, зараза.

– Я понимаю… Но когда?

– Скоро. Сейчас уже скоро.

– Игорек, а мы не можем заранее документы подать? ЗАГС-то рядом…

– Ты в своем уме!? Это при живой-то жене.

– Так кончай с ней скорее.

– Вот приедет, сразу и решу. Сейчас у меня уже почти есть алиби.

– Что?

– Ну, никто на меня не должен подумать… теперь и эта «Сова» подтвердит, что были угрозы.

– А здорово я с ней вчера говорила.

– Ты, Оксанка, молодец. Грозно так, твердо, решительно. Просто Мата Хари.

– Это кто?

– Красавица такая была. Шпионка.

– Тю, шпионка… Я актриса!

Олег выключил запись и торжествующе посмотрел на Савенкова.

– Что скажете, Игорь Михайлович? Каков гусь?.

Савенков молчал. Он неотрывно смотрел на замолкший диктофон. Первый шок от этой кардинально меняющей все информации быстро прошел. Он начал анализировать, сопоставлять, планировать…

В этих размышлениях очень мешала обида. Досада, что такая простая версия даже не пришла в голову. Если бы вчера Олег предложил последить за Гридиным, Савенков непременно притормозил бы его. И привел бы десятки доводов, почему муж Марины не может быть причастен к угрозам.

Савенкову и сейчас хотелось раскритиковать эту версию, показать ее слабые места. И он сделал бы это, но – на краю стола ему ехидно улыбался диктофон. Это был факт, доказательство. Неопровержимое и неубойное.

– Олег, но звонков-то было много. Женский голос – понятно, Оксана. А мужские? Марина сказала, что было минимум два мужских голоса. Сам-то он не мог жене звонить.

– Сам не мог.