Безразмерный спецназ

 – Твоя вселенская вера в людей мне хорошо известна, но даже такой оптимист, как ты, не мог не заметить множество вопиющих фактов стукачества.

– Ты это о чем? – замер Саша.

– О том! Все наши секреты передаются на другую сторону, в штаб – не успеешь о чем-нибудь подумать, а капитан уже спешит с запретом! И не притворяйся, что не думал об этом, видел бы ты вчера свое лица, когда мой запасной телефон нашли.

– Это могла быть случайность…

– Никто о нем не знал, пока я насчет Краснова не собрался звонить.

Только про телефон обмолвился и на другое же утро собака нечаянно в дупло полезла! Не смеши!

– Может, кто из персонала подслушал?

– Понимаю, Санька, неприятно подозревать друзей в предательстве, и если бы это был единичный случай… – Арсеньев скривился. – Вспомни, когда я хотел в село смотаться на местных красоток посмотреть, что произошло?

– У дверей собака разлеглась и ни в какую уходить не хотела.

– Вот! И кто о моем десанте знал? Только наша палата! – сатирик на минуту перестал жевать.

 – Неужели Игорек продался? Нет, думаю, это не он, а этот америкашка доносит.

– Скажи, за что ты там взъелся на Сему? С самых первых дней его на дух не переносишь!

– Сам не понимаю, почему. Как вижу его, прямо с души воротит, какой-то он неживой весь, так, тепленький.

– Никогда не замечал за тобой таких чувств.

– Думаю, тут интуиция сработала, – продолжал Арсеньев, не забывал закидывать в рот полновесные куски снеди. – Чувствует сердце, с этим Фишером неладно что-то.

– Не спеши с выводами. Причины неприязни могут быть самые банальные, вплоть до аллергии на его одеколон.

– Или на его кислую физиономию.

– Или в прошлой жизни вы, например, были непримиримыми идейными врагами, – не то в шутку, не то всерьез сказал Александр. – И вот теперь бог снова свел вас вместе, чтобы вы смогли искупить прошлые грехи и протянуть друг другу руку помощи!

– Да, фантазия у тебя дай бог каждому, – присвистнул Виктор, – она далеко завести может.

Только вряд ли твои вымыслы ответят на реальный вопрос: кто же нас сдал, когда мы на посиделки деревенские собрались?

– Тогда нас подслушать могли, между комнатами перегородки тонкие, как картон! Или под окном кто случайно проходил! – Александр стоял за друзей горой.

– Хорошо, идем дальше! В среду, после уколов я терапевта Миллера обозвал законспирированным Мюллером, кто это слышал? Не они потом пробирки весь вечер мыли, да баночки после анализов чистили.