Икона Пресвятой Богородицы. Криминальный детектив и мелодрамы Кольского полуострова

Пытайтесь выяснить, был ли у пострадавших кто-нибудь накануне? Может, кто из жильцов видел посторонних людей возле подъезда? Не задавайте прямых вопросов, внимательно слушайте и запоминайте каждую мелочь. И, вот ещё… Пригласите сюда подполковника Загрибина.

Когда стажёр ушёл, я вновь осветил гостиную. В правом углу от окна лежали два трупа: женский, изрядно обгоревший, с явными признаками насильственной смерти, и мужской, менее пострадавший от огня, с петлёй на шее.

Оступившись и зачерпнув ботинком немного воды, я недовольно пробурчал:

– Небось, целую машину вылили…

– Ошибаешься, Павел Николаевич, мы не менее трёх ухнули.

Луч фонаря проскользил по зелёной шинели, отсветился от больших звёздочек на погоне и, наконец, вырвал из полумрака закопчённое лицо вошедшего человека.

– Здравствуйте, дорогой, – простодушно сказал я. – Сколько лет, сколько зим!

– Слышал, что ты на пенсию ушёл, – крепко пожав мне руку, проговорил Загрибин. – Никак назад потянуло?

– Двадцать шесть лет на службе.

Думал, всё могу, всё умею, а как коснулось… – ответил я. – Выходит, что вовсе не приспособлен к гражданской жизни. Пригласили пока в одну частную фирму.

– Что-то вроде свободного детектива?

– Не совсем. Иногда приходится по вызовам выезжать. Время, сам знаешь какое.

– У нас тоже много людей уволилось. Бегут с севера.

– А что ты хочешь, Пётр Михайлович, заработок почти такой же, как в средней полосе. А если где-нибудь на Украине или в Молдавии дом пропадает? Много нюансов.

Старое порушили, а нового—то так и не построили. Ну, да не стоит об этом. Скажи лучше… Трупы людей, конечно, лежат не там, где были обнаружены?

– Здесь такое творилось… – подполковник сочувственно развёл руками. – Мои парни и так жизнью рисковали.

– Не ворчи, дорогой, – огорчённо произнёс я, – ты свой долг выполнил. Мне, конечно, будет трудновато в таком хаосе разбираться. Попробую отыскать какую-нибудь зацепку. Вот ещё… Стажёр что-то говорил про ребёнка…

– Мы его с самого начала искали, но никаких следов.

– Выходит, что мальчик сгорел? – спросил я.

– Нет, Павел Николаевич, люди бесследно не исчезают. Всё равно, что-нибудь да останется. Могу официально заявить, что ребёнка здесь не было.

– Замечательная новость, – подметил я.

– На самом деле не плохая! – высказал своё мнение Загрибин. – Есть надежда, что мальчик жив.

– Где же он?

– Может, у родственников? Будем надеяться на лучшее.