И через все это…

 – У меня уже по штанам что-то течет!

Новость вызвала в автобусе оживление. Некоторые ретивые граждане даже слегка привстали на сиденьях в попытке разглядеть, что происходит.

– Что у тебя там может течь? – не понимал дед. – У тебя же там грибы!

– Ва-ашу мать, это же грибы текут!

– Так они же… в пакете, – уже как-то тихо пробурчал дед и осторожно отодвинулся от мужа тети.

Тетя наконец-то прорвалась к рюкзаку и подтвердила догадку. По брезентовой ветровке и штанам дядьки тонкой струйкой через набухшее черное мокрое пятно на рюкзаке струилась плотная грязно-серая масса.

«Виновника торжества» мгновенно прорвало:

– Да видел я этот край земли в…, да засуньте туда же себе ваши грибы, а видел я их вместе с вами в…, да пошли бы они вместе со всем этим автобусом на…

Тетка под этот аккомпанемент вытащила из своей сумки платок и попыталась протереть им брюки, но, нарвавшись на новую порцию разнообразных идиоматических выражений, просто воткнула платок между рюкзаком и спиной.

Течь, наткнувшись на эту преграду, немного остановилась, муж тетки выдохнул, а в наступившей тишине по автобусу эхом прошелестело: «Дачники!» Так бы и продолжалось в автобусе тихое злорадство над потекшим рюкзаком, если бы не ОНИ!

Я буду всегда помнить их образ и тот позитив, который они принесли с собой. Где-то примерно через полчаса пути на глухой остановке автобус штурмом взяли две бабульки. Лет далеко за шестьдесят. Крупного телосложения, эдакие доярки из старых советских фильмов.

Как водится в таких случаях, с тюками, авоськами и корзинками. И так получилось, что автобус резко стартанул и одна из них, по инерции протаранив стоявших граждан, оказалась в самом центре салона, а вторая затихла рядом с водителем. Не прошло и пяти минут, как второй наскучило одной таращиться в лобовое стекло и она на весь автобус позвала:

– Степанида, ты где?

Подруга, высовывая голову из чьей-то подмышки, громко прокряхтела:

– Я туточки, в середине автобуса застряла.

– Иди ко мне! – предложила первая бабуля и добавила: – Я тут у водителя ЯЙЦА держу!

На секунду возникла пауза, после чего автобус взорвался. Ржали все: и стар и млад. Слезы от смеха текли ручьями по лицам пассажиров. Даже Степанида, дрожа от смеха, тихо сползла вниз. Водитель, выдержав поистине мхатовскую паузу, спокойно произнес по громкоговорящей связи: «НЕ ОЩУЩАЮ!» Автобус грохотал непрекращающимся смехом вплоть до самой Твери.

    09–11.