Сын Кощея

– Не в курсе, – покачал головой наш главный кулинар. – Я как раз соус ла Карнель готовил, не мог отвлечься ни на минуту, но кричал царь-батюшка на весь Дворец, даже у меня на кухне его рулады слышны были.

– А дедушка Мировид в это время царя-батюшку с колокольни передразнивал, – хихикнула вдруг Дашка.

Я потряс головой и вопросительно уставился на неё.

– Дедушка Мировид с помощью своей волшебной летающей руки, сварил какое-то особое зелье, да сначала его на Лиховиде Ростиславовиче опробовал…

– Так они же призраки! – поразился я.

 – Зачем им не призрачное, а вполне материальное зелье?

– Не знаю, – пожала плечами Дашка, – но Зиночка из Школы Магии потом рассказывала, что призраки могут как-то в испарениях сидеть и впитывать их понемножку.

– Надо же… Так они что, нанюхались этого зелья?

– Мы когда уезжали, – снова захихикала супруга шеф-повара, – дедушка Лиховид так и продолжал летать вокруг Дворца не останавливаясь. Как вчера начал кружить, так и…

– А Мировид?

– Не, дедушка Мировид только на крышу колокольни и смог взлететь.

Но зато орал он оттуда прям на весь город!

– Весело у вас, – вздохнул я. – А у нас, зато тут тишина и покой.

– Потрясающая для творчества обстановка, – закивал Иван Палыч. – Я тут кое-что новое с вашим майонезом придумал, Фёдор Васильевич. Не зайдёте попозже ко мне на кухню? Очень хочется похвастаться.

– Даже не сомневайтесь, Иван Палыч! – заверил я.

Начало смеркаться, пастух погнал коров по домам с пастбища, а где-то вдалеке замурлыкала гармошка.

– Пойду, вечерний моцион совершу, – поднялась Маша. – Здешние ребята обещали мне спеть местные романтические песни, ах шарман!

– А мой Шарль очень переживает разрыв с мадмуазелью Марселиной, – тихо сказал Иван Палыч, провожая Машу взглядом. – Старается всячески скрывать это, но я же вижу…

– Помирятся, думаю, – успокоил я его.

– Да куды они денутси? – подтвердил Михалыч.

***

А вот на третий день нашего вынужденного отпуска я выспался просто замечательно.

Никто не кричал, под окнами железом не бряцал, даже позавтракали все наши тихо и я, счастливо позёвывая, спустился в зал почти к обеду.

– Машка со своими кавалерами куда-то умотала, – докладывал Михалыч, расставляя с помощью своих бесенят миски на столе. – Аристофанчик наш со своими бандитами по деревенским огородам разошлись. Помогают местным, как мы вчера и договаривались.