Первый шедевр

Уходя из парка, он скинул разрезанный мешок из-под трупа в мусорный контейнер для переработки пластика, теперь для другого мусора там не оставалось места.

Грег и сам не помнил, как преодолел путь до Веллингтон Авеню: в голове крутились фрагменты его ночного кошмара. Вид бесконечного поля ядовитой грязи, с которого его сковырнули, как труп сгнившей собаки. С этими мыслями он прошел через ворота в поместье Стоунов. Просто чудо, что к грязному подозрительному мужчине с тележкой никто из сердобольных, а правильнее сказать, любопытных жителей Вирджинии Уотер не решился подойти и поинтересоваться, что же случилось.

Он завез тачку обратно в садовый сарайчик, кинув лопату туда же. Грег хотел поскорее принять горячий душ, но для начала – согреться виски. Он снял грязную обувь на пороге дома и мокрыми ногами отправился в гостиную, к заветному хрустальному графину, не забыв нажать кнопку для закрытия ворот. Он залпом осушил полстакана и налил еще.

– Надо позвонить Оливии, – сказал Грег и глотнул согревающий горький напиток из холодного бокала.

Как только очередной глоток виски согрел нутро горячей волной, механические ворота начали отодвигаться. Сердце Грегори упало. Оливия решила вернуться пораньше? Да еще в такую рань? Но реальность оказалась куда хуже: из-за ворот показалась решетка премиального «Крайслера».

– Твою же мать! – прошептал Грег.

Черная, до блеска натертая машина Николаса Стоуна медленно кралась по брусчатке все ближе к дому. Лучше бы сюда вломился спецназ и скрутил Грега в калач – это было бы гораздо приятней общения со стариной Николасом. Боже правый! Оливия, наверняка, ему ничего не говорила про пребывание Грегори в его славном домике, иначе сэр Стоун сжег бы его вместе с прислугой и посыпал пепелище солью.

Револьвер в раковине! Ты от него так и не избавился!

Пальцы противно задрожали, все нутро сжалось. В панике Грег кинулся на кухню, не выпуская стакан с виски из правой руки. Оружие продолжало покоиться в раковине – с него сошла вся кровь и краска, загадив мрамор. Грегори схватил револьвер полотенцем и завернул, оглядываясь, куда бы его убрать. «Крайслер» уже стоял у дома, хлопнула дверца, потом вторая.