«Свет и Тени» «неистового старика Souvaroff»

Спаги то и дело настигали его и пытались уже ухватить за куртку, но каждый раз казачья лошадка Суворова, резко пришпоренная хозяином, делала отчаянный рывок, и турки снова отставали на несколько саженей. Лишь русское пехотное каре спасло полководца от позорного плена. Но и оно не смогло долго противостоять бешеным атакам турок…

В солнечном лесу замелькали красные фески и чалмы. Это подоспели пешие албанцы. Они сражались остервенело. Захватывая пленных, лютовали: тут же отрезали им головы, складывали в мешки и снова шли в атаку.

Русские уже почти были вытеснены из леса…

Принято считать, что в эту критическую минуту Суворова поддержали посланные ему на помощь Каменским два эскадрона харьковских гусар вместе с эскадроном пикинеров. Позже из арьергарда подоспели два пехотных полка. Дружным ружейным огнем и картечью в упор удалось наконец остановить албанцев.

…Между прочим, рассказывали, что много позже Суворов рьяно и неоднократно утверждал, что Каменский бежал, бросив его на произвол судьбы.

В реляции самого же Каменского говорится о том, что он поддержал Суворова своей конницей! И это правда! В общем, у каждого из «героев» (а значит и их апологетов) той запутанной истории своя правда, а истина, как известно, лежит, где-то – по середине…

Когда пороховой дым рассеялся, Суворов увидел, что враги отступают вглубь леса. Суворовские кирасиры и карабинеры тут же двинулись за ними. Преследовать врага пришлось по все той же узкой дороге…

Наступил полдень с его здешней мучительной жарой.

С ночи ничего не евшие и не пившие солдаты валились с ног. Турки не раз переходили в контратаки. Особенно яростно бросались на русских ялын-калыджи – «сабли наголо». Так назывались войска, вооруженные только кинжалами и ятаганами. Несли потери и те, и другие…

Наконец полил сильный дождь, освеживший измученных погоней и тяжелейшим боем русских солдат. Туркам же с их длинной и широкой одеждой, в карманах которой они держали порох, дождь и вовсе стал помехой. Приободрившись, русские вышли на обширную неровную и заросшую кустарником поляну, за которой на высотах стояли главные силы турок, а еще дальше поднимались минареты Козлуджи…

Загремели вражеские батареи.

Суворов под огнем развернул всех своих солдат и подоспевшую часть войск Каменского в боевой порядок.

Гусары и казаки, преследуя албанцев и ялын-калыджи, поднялись на вражеские высоты, но были сбиты лихим ударом турецкой кавалерии, стремительно атаковавшей главные силы русских.