Вечеринка моей жизни

Базы заняты. – Энтузиазм ее сестры был неподдельным, и Надя не хотела портить момент.

– Ура, – произнесла она, размахивая воображаемой трещоткой. А потом рассмеялась.

– Я заеду сегодня вечером. Хорошо? – спросила Изабелла.

Ладно. Она могла справиться. При поддержке своей сестры она могла бы наладить свою жизнь.

Какой же долгожданной была эта перемена.

– Хорошо, мне нужно свалить с этой парковки. Ты никогда не догадаешься, кого я видела, – сказала она.

– Давай, Papito! – Изабелла снова закричала, и на этот раз Надя не успела отодвинуть телефон от уха.

Она лишилась и второй барабанной перепонки.

Сестры попрощались, и Надя набрала номер Стиви. Пусть та находилась в Техасе, но ее подруга знала бы, что делать. Стиви, которой всегда удавалось продать больше систем сигнализаций или контрактов на борьбу с вредителями, чем любому парню из ее команды, которая неделями занималась экстремальным прохождением каньонов, а потом прыгала с парашютом, летала на параплане, каталась на лыжах и бегала, как будто в этом не было ничего особенного.

Она бы знала, что делать. У нее были друзья по всему миру, и она могла знать кого-то, кто мог бы помочь Наде.

Через несколько секунд она получила стандартный автоматический ответ: «Извините. Я не могу сейчас говорить».

А затем появились три точки.

Надя прикусила губу в ожидании.

Снова взглянув на телефон, Надя прочитала:

«Ухжу.

Пгврим пзже?

Бормоча вслух, Надя перевела:

– Ухожу. Поговорим позже?

Кнопка «О» на телефоне Стиви стала западать с их последней поездки на озеро Пауэлл прошлым летом, когда та настойчиво утверждала, что ее телефон водонепроницаемый. Стиви была еще большим трудоголиком, чем Надя, и у нее не было времени заменить свой телефон.

Надя усмехнулась, подняв большой палец вверх. Кто ее знает, может, Стиви Цой отвечала на ее сообщение, когда поднималась на одну из семи высочайших вершин мира.

Она была полной противоположностью их другой подруге, волшебной неземной Мэдисон Рамирес, которая только что нашла идеального парня и собиралась провести с ним остаток своей жизни.

Наде пришлось признаться, что она завидовала Мэди, хотя старалась этого не делать. Мэди была инструктором йоги, девушкой, совершенной во всем. Ее жизнь была идеальной. Она была нежной и энергичной, как луч солнца.