Де Бюсси и инфанта

Право же, как хороша! Где лошадиные морды типичных Габсбургов? Длинные носы французской знати? Асимметрия черт лица из-за близкородственных браков в августейших домах? Исабель не унаследовала ни единого из этих пороков. Тёмно-рыжие волосы, нежное овальное лицо правильной формы, чуть пухлые щёки, маленький ротик, недоверчиво поджатый – инфанта была не только прекрасна красотой ещё не распустившегося бутона, но и личностью, пусть до конца не сформировавшейся, но, очевидно, со стальным стержнем в характере. Её супругу повезло… или не очень, жизнь с такой женщиной представляет постоянную борьбу за первенство или выливается в безоговорочную капитуляцию, необратимую на всю оставшуюся жизнь.

Судя по реплике о совпадении супружниной точки зрения с «линией партии», заданной малолетней женой, пакт о капитуляции уже подписан. Или близок к тому.

– Тем не менее, как велит Саллическая правда, я вынужден буду обсудить дела с вашим супругом. Надеюсь, вы поможете сформировать ему единственно правильное мнение.

Пока я дожидаюсь аудиенции штатгальтера.

– Дожидайтесь. Но дона Хуана нет в замке. Он должен приехать из Гента. Распоряжусь, чтобы вам и вашему восточному спутнику выделили апартаменты… – она с явным оттенком брезгливости поддернула юбку, чтобы подол не волочился по пыли. – Апартаменты почище. Меня возмущает эта грязь!

Похоже, здесь её возмущало многое.

Она круто развернулась и удалилась в сопровождении той же сеньоры, к нам тотчас явился офицер из свиты штатгальтера и провёл в отведённые нам комнаты.

Он был столь любезен, что приказал принести дров для камина и каждому бадью горячей воды.

Отдохнув с дороги, мы собрались с Ногтевым на военный совет.

– Бардак и междоусобица, не лучше, чем у вас в Париже, – заключил напарник. – Не ведаю, брат, что ты сделаешь в этой смуте.

– А ты не знаешь, что такое настоящая Смута. Впрочем, доживешь – увидишь. Скоро уже.

Павел привык к моим многозначительным и невнятным фразам, когда воспоминания о прочитанных исторических книгах накладывались на реалии этой эпохи, поэтому большей частью их игнорировал.

Сейчас он только глубоко вздохнул и обронил:

– Только не затевай дуэль с этим… как его… Альбрехтом.

– С какой стати?

– Ты так вожделенно глазел на принцессу, разве что не облизывался. Сделать вдовой, потом ухаживать – в твоём стиле, – он увернулся от брошенного сапога и продолжил: – Думай, Луи. Литвинка была знатного, но не королевского рода.