Наследница шовинистов де Мармонтель 2

Я понимаю, вы привыкли к телефонам, однако у мадам Селестины не было иного способа незаметно передать вам записку. К тому же… мадмуазель, как бы ни было, поверьте, даже если бы я захотела вас похитить, это было бы благословением и спасением по сравнению с тем, что вы уже пережили и с тем, что приготовил для вас ваш брат.

Мадам Ноелла оглянулась – в коридоре послышались шаги. Она зашептала еще быстрее:

– Мадмуазель, если верите мне, к трем утра будьте готовы. Помните – деньги и минимум одежды, вы бежите налегке.

– Но как же мои документы?

– Вам не нужны документы, мадмуазель. В Париже есть десятки обществ, готовых помогать женщинам, бежавшим от домашней тирании и насилия. Чтобы туда обратиться, вам не нужны документы. Вы их восстановите в посольстве России. Для этого сперва вам нужно бежать и на какое-то время схорониться. Мадмуазель, в три.

Экономка резко отошла от меня и чуть оправив рабочую одежду, мгновенно стала прежней. Сделав большой вдох и выдох, она чинно покинула мою спальню.

Я ошеломленно проводила ее взглядом. Это Ноелла? Та, кто должен мне помочь? Это ее знакомые… убили того, кто стрелял в моего отчима?

Когда в мою дверь постучали, я все еще стояла у стены, сжимая в кулаке предсмертную записку от Селестины и тетрадь с мемуарами какой-то там своей прапрабабки.

Глава 8

Сюрприз за сюрпризом. В мою спальню явился Эврард де Даммартен! С той же надменностью на лице, с которой просидел весь вечер напротив меня. За столом, а потом и в малой зале.

В этом пижонском костюме, почти в таком же, в каком явился за мной в Кингисепп. Интересно, его прислал брат? Я уставилась на него точно так же, как и он на меня. Не буду начинать говорить первой – это ему что-то от меня нужно. Хотя… камеры отключены, почему бы не высказать ему все, что я думаю?!

Пока я размышляла и купалась в ненависти к этому человеку, он начал первым:

– Прими мои соболезнования, – чинно произнес французский аристократ.

– Вы последний человек на планете, от которого мне хотелось бы их слышать! Не стоит, заберите их обратно и не тратьте на меня свое время.

Его у вас его и так мало.

Де Даммартен вдруг начал делать что-то странное – он стал расстегивать свой пиджак.

– С чего ты решила, что у меня мало времени?

Я почувствовала, как затряслись мои губы. А все из-за того, что его движение с ослаблением галстука на шее, напомнило мне наше соглашение и тот самый день со всеми вытекающими в городской гостинице.